Звездный туризм первой степени

К сожалению, мы не можем запустить программу взлета одной кнопкой, автоматически. За девять тысяч лет, что корабль не летал, слишком опасно положиться на автоматику.

– Три, два, один, взлет!

Мы нажимаем последние кнопки, включаются двигатели, вспышка – и мы уже в сотнях метров от поверхности Земли. Воздух вокруг корабля окрашивается в малиново-фиолетовый цвет: это пули разбиваются о силовое поле. Несколько раз генераторы взвывают: видно, с подствольных гранатометов выстрелили. Десяток долгих секунд на перезарядку системы, еще рывок и мы в десяти километрах от Земли.

Здесь мы практически недосягаемы.

Но эта высота предназначена для авиации, в том числе пассажирских самолетов, их аппаратура нас не видит, возможно столкновение. Через пару тягостных минут силовые конденсаторы заряжаются, и мы делаем еще рывок километров к пятнадцати. После того, как конденсаторы войдут в режим, мы сможем совершать любые маневры, и гравитация внутри корабля выйдет на оптимальный уровень. Здесь, на такой высоте, еще более безопасно.

Конечно, нас могут достать высотные боевые самолеты, но Дося заверила, что нас никто не видит.

Оставляем Михалыча следить за обстановкой, сами с Кондратычем бежим вниз. Весь экипаж уже собрался перед медкаютой, но заходить никто не решается. Внутри только Оксана, человек, имеющий медицинское образование.

Я, как Капитан, имею право на любые действия на борту корабля, здесь я и Президент и Верховный Суд. Захожу. В полупрозрачном модуле, немного похожим на те, где доращивают новорожденных детей, лежит обнаженная девушка.

Это действительно наша Аня, та самая Анечка, что покорила всех своим мелодичным голосом. И вот теперь пуля, словно специально, угодила ей в горло, пробив шею, ушла навылет. Аня потеряла слишком много крови, и к моменту, когда ей занялась Дося, уже могла быть в состоянии клинической смерти несколько минут. Еще несколько минут Дося зашивала ей кровеносные сосуды, синтезировала кровь и восстанавливала дыхание и сердцебиение. Существует риск повреждения головного мозга. Будем надеяться на лучшее.

Выхожу в коридор.

– Ребята, экипаж, не стойте возле дверей, Дося – опытный врач, Оксана ей поможет, все будет хорошо. Идите, отдыхайте и ждите своей очереди для обучения летной профессии.

Правда, я знаю, что Дося никогда не лечила людей, а Оксана не работала в реанимации, но мы будем надеяться на чудо. Главное чудо уже совершили парни, которые, рискуя жизнью, быстро доставили Аню на корабль.