«СВЕТ и ТЕНИ» М. И. Кутузова. Часть I

Вторым в этом почетном списке числится П.А Румянцев (за Ларгу), причем, у него тоже Георгий I-го класса. За военные заслуги в эпоху войн с Наполеоном в 1812—1814 гг. его удостоились лишь три военачальника! За 1812 г. его получил только Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов, ставший таким образом первым полным кавалером этой наипрестижнейшей награды, т.е. отмеченным всеми ее четырьмя классами. Напомним, что своего первого Георгия IV-го класса он получил в далеком 1775 г. за 1-ю русско-турецкую войну, Георгия III-го кл.

ему дали за штурм Измаила в 1790 г., уже через год – Георгия II-го кл. – за Мачин в 1791 г. Следующим полным кавалером Св. Георгия стал его антагонист – генерал от инфантерии Михаил-Богданович Барклай-де-Толли, получивший высшего Георгия I-го кл. за победу при Кульме. Любопытно, но третьим и последним эту супер-награду – Георгия I-го кл. – получил ганноверский барон, генерал от кавалерии и… цареубийца Леонтий Леонтьевич Беннигсен за успехи в войне против Бонапарта в 1814 г. В тоже время было не принято награждать павших на поле сражения посмертно. В частности, так произошло с Дмитрием Петровичем Неверовским. Тяжелораненого за сражение при Лейпциге его представили к Св. Георгию III-го кл. Но поскольку он скончался, то его фамилии не осталось даже в списках награжденных. Чаще всего люди награждались «Егорием» IV-го класса…

Государыня, которая знала этого умного, образованного, начитанного и очень обаятельного в свете подполковника лично, сказала: «Надобно беречь Кутузова; он у меня будет великим генералом».

Такого можно и нужно было показать просвещенной Европе как образец русского офицерства. Представляясь к европейским дворам, заводя знакомства с известными людьми, он служил живым примером того, как далеко шагнуло в России образование и «искусство светского общения». Преданный трону, любознательный подполковник с задатками дипломата очень здорово подходил для этой миссии

Кутузов много путешествовал по Европе – Англии, Голландии, Италии, Пруссии и Австрии.

Прекрасное знание языков сослужило ему хорошую службу. Повсюду он интересовался современным состоянием военного дела: организацией европейских армий, их вооружением, системой подготовки офицерских кадров и, конечно, военной наукой. Встречался с лучшими европейскими полководцами той поры: прусским королем-полководцем Фридрихом II Великим (1712—1786) и его весьма удачливым соперником австрийским фельдмаршалом Гедеоном-Эрнестом Лаудоном (1716—1790).