«Свет и Тени» «неистового старика Souvaroff»

Принято считать, что именно тогда Александр Васильевич завязал знакомство, а затем и дружбу с отцом будущего героя эпохи наполеоновских войн Михаила Андреевича Милорадовича – генерал-майором (как и он сам) Андреем Степановичем. На самом деле Милорадович-старший в ту пору болел и Гирсово Суворов отстаивал с солдатами Милорадовича, но под началом полковника Д. Мачабелова, выверенным картечно-ружейным огнем и неотразимыми штыковыми атаками. А потом распаленные погоней гусары полковника барона фон Розена и запорожские казаки гнали врага еще 30 верст…

…Между прочим, Суворов, как и все великие полководцы, всегда стремился завершить победу преследованием, не уставая повторять: «Недорубленный лес вырастает!»…

3 (14) сентября 1773 под Гирсово турки лишились убитыми и ранеными 1000-1100-2000 (данные сильно разнятся) солдат, в том числе двух пашей, с 7 орудиями, тогда как русские всего лишь – 10 погибшими и 167 тяжело- и легкоранеными, но это был последний крупный успех русского оружия в 1773 г.

Амбициозный Александр Васильевич рассчитывал получить за эту победу «Егория» 1-го кл.– награду столь исключительно высокую, что нет смысла говорить, кто и за что становился ее кавалером! Симптоматично, что за гирсовский успех Суворова, так и не наградили: весь 1773 г. победы чередовались у русского оружия с неудачами и недовольная таким «пасьянсом» Екатерина не очень-то спешила с наградами и повышениями для своих военачальников, даже настоящего героя той кампании – Александра Васильевича Суворова.

Во многом поэтому, многоопытный в царедворских делах Румянцев решил не представлять победоносного генерал-майора к следующему званию – генерал-поручику. Тем более, что два генерал-поручика – барон К. К. Унгерн фон Штернберг и, ставший офицером в один год с Суворовым, князь Ю. В. Долгоруков (Долгорукий) [2 (3).11.1740 – 8 (20).11.1830], обязанный своим карьерным ростом близкой дружбе с влиятельным главой военного ведомства, графом З. Г. Чернышевым – опростоволосились под Варной и Шумнами и кампания 1773 года не принесла ожидаемого мира…

В конце октября Суворов получает отпуск и расстроенный задержкой в чинопроизводстве уезжает в Москву.

Только 17 марта 1774 г. его, все же, производят в генерал-поручики.

Вскоре он вернется в армию и опять покроет себя славой.

Глава 7. Любимец Фортуны! «Отец солдата»!! «Российский Нестор»!!!

Следующий, 1774 год, для России оказался тяжелым: чума, очередные проблемы в Польше.