Звери у двери

В глубине сада, едва не превратившегося в смертоносную ловушку, наметилось некое движение, как если бы двое огромных мужиков с чем-то длинным в руках со всех ног бежали в нашу сторону.

– Чёрт! – выругался я и посторонился, пропуская девушек. – Витёк! Да проснись ты, мать твою! Это же не шутки!

Проходивший мимо Паша споткнулся, и несомненно упал бы, если бы Наташка не поддержала парня под руку. Вид у девушки был несколько виноватый, и взгляд она не отрывала от земли. Но это не делало её менее красивой. И желанной? Проклятье, о чём я думаю?

На открытое пространство, тяжело пыхтя, выбежал огромный бородатый толстяк в бесформенной коричневой хламиде, напоминающей обтрёпанную и грязную рясу.

В окорокоподобных лапах этот монстр сжимал наточенную до блеска здоровенную секиру. Топорище зловещего инструмента покрывали коричневые пятна, и это определённо не были следы от древесного сока. Громила резко остановился, и на его одутловатой морде отразилось недоумение. Маленькие тупые глазки ощупали цепким взглядом остатки засова, лежащую в пыли дверцу, а потом остановились на мне. Убийца поудобнее взялся за рукоять, и совершенно неожиданно его физиономия расплылась в широкой ухмылке.

– Я вас, ламиев, не боюся, – проскрипел он, – я – не мамка, и не стану шарахаться от всякой грёбаной нечисти.

– Напрасно, – ощущая внутри ледяное спокойствие, отчеканил я и отступил на пару шагов, – нечисть, она и вернуться может.

Из-за спины первого «лесоруба» вынырнул ещё один, копия братца, но чуть меньше ростом.

У этого имелся не топор, а какая-то хрень, типа косы с короткой ручкой. Второго упыря тоже застопорило при виде сломанной двери, и он испуганно схватил брата за плечо ладонью, поросшей густым чёрным волосом. Я сделал им «козу» и нырнул за ограду.

К сожалению, здесь дела обстояли не так хорошо, как я надеялся. В принципе, мы могли бы запросто удрать от двух кровожадных бурдюков с дерьмом, если бы не одно «но»: Паше стало совсем плохо, и он почти висел на Вите и Наташе, бессильно мотая головой.

Естественно, бросать товарища, спасая собственную шкуру, никто не собирался.

Ольга подняла на меня свои жёлтые (да какого?!) глаза, в которых светилась мольба и надежда на спасение.

– Ладно, – сказал Илья и поднял длинную палку, – дадим им просраться!

Явно не выход. Я огляделся. Здесь туман казался гуще, чем в саду, но сквозь серые космы можно было различить нечто определённо четырёхколёсное, чуть дальше, на дороге.

– Туда, – показал я пальцем.