Волчья стая – Кровавый след террора

Как раз машина туда подъехала, из нее тоже молодой вышел. Они о чем-то поговорили. Тот, что приехал, в дом вошел, недолго там пробыл и уехал. А второй еще немного покрутился, потом свернул за угол. И вдруг я вижу, он, представляешь, на дерево полез. Да так ловко, быстро. Я еще подумал, надо бы милицию позвать, вдруг воровать вздумал и высматривает, как во двор залезть. Но в этот момент и рвануло.

–А того парня, что на дерево лез, вы потом видели? – спросил я старика.

–Нет, больше не видел, да и не до этого было.

Ты же сам видишь, что здесь было. Одно кафе полностью разворотило, из домов люди повыбежали. Крик, гам, не поймешь, что случилось. Потом, конечно, милиция приехала, пожарные, «скорая». Говорят, теперь те дома, что разрушены, за счет государства ремонтировать будут. Как думаешь, не обманут?

–Думаю, не обманут, – успокоил я его и попрощался.

Вечером мне все же удалось встретиться в прокуратуре с руководителем созданной в республике опера тивноследственной группы.

«Рашитжон Хамидович Кадыров, заместитель Генерального прокурора Узбекистана, государственный советник юстиции третьего класса» – прочел я на табличке при входе в приемную.

–У меня, к сожалению, очень ограничено время. Сами понимаете, сейчас каждая минута на счету. – сказал он и добавил: – Это не просто слова, так оно на самом деле. У вас, наверное, есть вопросы.

–Сегодня в некоторых газетах опубликованы различные версии по поводу произошедших вчера взрывов.

А какие основные версии существуют у специалистов розыска?

–Что касается газетных версий, при всем моем уважении к прессе, я не думаю, что сейчас время для домыслов, – ответил господин Кадыров. – Многое неясно, мы обязаны проверить все, и я не вправе делиться с вами сомнениями. Ситуация слишком серьезна и, не скрою, неожиданна. Одно могу сказать твердо – мы работаем круглые сутки и будем так работать до тех пор, пока во всем не разберемся. Даже за эти тридцать с небольшим часов нам уже удалось кое-что…

–А нельзя ли поконкретнее?

–Нет, пока ничего конкретного сообщить не могу, не имею права.

Следствие сейчас только делает первые шаги, любая утечка информации способна нанести непоправимый вред.

–Но вы же понимаете, господин Кадыров, что ваших обтекаемых ответов совершенно недостаточно для интервью. Нужны факты.

–А я и не собирался сегодня давать вам интервью. Просто уважил вашу просьбу о встрече.