Принцессы Огненного мира

– Так, так, так, что тут у нас? – перешел он на человеческий диалект.

Гибко изогнувшись, я встала с колен, опираясь на предложенную руку. Быстро оглядевшись, с милой полуулыбкой обратила взгляд на того, встречи с кем мы всеми силами пытались избежать. А кто это еще может быть, скажите? Только хозяин.

– Ай-ай, какая красавица, – статный эльф принял мои пальчики в ладонь, – и в таком виде… Что же случилось?

– Простите, но мы не представлены! – Я торопливо отдернула руку.

Он склонился передо мной в безупречном глубоком придворном поклоне:

– Севеллин Роулен, отшельник.

А вы…

– Младшая ненаследная принцесса меронийского королевства, Каттина Лаисса. – Я присела в коротком реверансе, обворожительно улыбаясь.

– Так как же случилось, что ваша обворожительная внешность претерпела столь трагические изменения?

– О, это была прекрасная верховая прогулка, пока какой-то маг не ошибся во время волшебства… а потом этот противный эльф куда-то меня все тащил, тащил и тащил… – плаксиво пожаловалась я.

 – Порвалось мое платье, сломались каблучки… а макияж! А прическа! Это было просто ужасно!

– Ну ничего, красавица. – Он подошел близко-близко, провел по щеке холодным пальцем, взял меня за подбородок, приподнимая вверх лицо… другой рукой собственнически погладил спину, сверху вниз… – Ваши лишения были ужасны, но уже закончились. И совсем скоро мы что-нибудь придумаем, дабы облегчить страдания ваших прекрасных ножек.

– О, я буду вам так, так благодарна! – с придыханием воскликнула я, подаваясь вперед и прижимаясь вплотную, так, чтобы этот отшельник ощутил все мои достоинства.

– Погоди, киска, посиди пока. – Эльф похлопал меня пониже спины. – Тебе сейчас подадут поесть.

Никто никогда не узнает, чего мне стоило сохранить на лице пустую, соблазнительную улыбку.

Потому что этот высокий, тонколицый изящный эльф одним своим видом внушал ужас и полнейшее отторжение. Длинные, песочного цвета волосы, перехваченные простым ремешком, ниспадали почти до пояса, широко расставленные раскосые глаза какого-то тусклого, блекло-зеленого оттенка смотрели на мир с высокомерным презрением.

Он был… фанатично подчинен одному ему ведомой идее, заставляющей совершать странные и страшные поступки.

И еще…

На противоположной стене пещеры, служащей сразу и жильем, и лабораторией, был распят Иллан. Эльф был пришпилен к стене, будто препарируемая лягушка, и плотно прижат к камням странной, крупноячеистой сетью.