Выбор за тобой

После работы он пригласил меня на ужин. Об остальном можете догадаться сами.

За день до катастрофы жена Рышарда узнала о нашей связи. Вроде кто-то видел нас вместе в городе и рассказал Барбаре, а Рышард во всем признался. Барбара была в ярости, грозилась подать на развод. Рышард говорил, что у них такой брачный контракт, что он останется без гроша. Он впал в отчаяние. Мы должны были встретиться на следующий день и обсудить, как быть дальше, но утром Рышард прислал СМС, что он отменяет встречу, и перестал отвечать на звонки.

Чуть позже произошла авария. Трудно поверить, что это случайность. На мой взгляд, Рышард действительно совершил самоубийство.

В приложении высылаю файл с материалами, которые подтверждают мою историю, – наши общие фотографии, эсэмэски и все такое. Прошу с ними ознакомиться. Жду вашего ответа.

Всего доброго,

    Анна Ковальская

“Ничего себе…” – прошептала Юлита, поспешно кликая вложение, файл под названием “dowod.kowalska.doc”. Курсор превратился в кружочек, появилось окно с полоской загрузки, которая в черепашьем темпе двигалась слева направо… Вдруг полоска замерла, а на экране выскочило сообщение об ошибке.

Файл поврежден и не может быть прочитан.

– Нет, нет, нет… – прошептала Юлита и кликнула еще раз. То же самое. – Черт… Черт, черт…

Юлита вскочила и помчалась в комнату айтишников. Их в “Меганьюсах” было двое: Сташек и Олек. Сташек был низкий, полный, с ежиком на голове. В жизни его интересовали две вещи: компьютеры и футбол, а точнее, варшавская “Легия”.

Он носил толстовки “Легии”, футболки “Легии”, носки “Легии” и штаны “Легии”, не говоря уже о шарфике. Подозрения Юлиты, что трусы Сташека тоже украшает гордая буква “Л”, вписанная в круг, подтвердились, когда однажды он сидел в позе сантехника у ее стола, чтобы поправить какие-то кабели. А поскольку Юлита не была ни компьютером, ни тем более футбольной командой, их отношения складывались не лучшим образом. Олек же выглядел как настоящий австралийский серфер: спутанные светлые локоны, расстегнутая льняная рубашка, обнажающая загорелую грудь, деревянные бусы и спортивные часы. Именно его Юлита обычно просила о помощи. Пожалуй, чаще, чем того требовал ее компьютер.

Увы, в комнате находился только Сташек, он как раз смотрел повтор вчерашнего матча, поглощая бутерброд с колбасой. Услышав, что у Юлиты срочное-пресрочное дело, он остановил запись, тщательно завернул недоеденный бутерброд в пленку, смахнул крошки со стола, вытер губы и заблокировал клавиатуру.