Спасибо, что ты есть

– Ты извини, я, правда, не знал, – начал он, едва они остались вдвоем в спальне.

Марина буквально упала на кровать.

– Не извиняйся, все же отлично, вы давно не виделись.

Лекс присел рядом

– Почти год, в прошлый раз она сказала, что выходит замуж за кого-то там, наверное, она за него вышла уже и вот муженька ее я в этом доме видеть бы не хотел. Я знаю, где хранятся запасные ключи, но формально это ее дом, дед оставил его ей по завещанию.

Марина слегка подвинулась и потянула его за здоровую руку к себе.

– Ложись, отдохни, потом расскажешь ей все, поругаетесь из-за мужика, так и не отдохнешь, падай, пока есть возможность, кто его знает, может, нам на ночь глядя еще куда-нибудь ехать придется.

Лекс с удовольствием последовал совету.

– Она все тут переделала, – вздохнул он, глядя в потолок, – ничего прежнего не осталось.

Марина сжала в своей руке его руку.

– Не, я не ждал, что она до конца жизни проживет вдовой… какой бред…

– Обычная ревность, – вздохнула Марина.

– Нет.

– Да.

– Может быть.

– Точно тебе говорю, расслабься.

Марина блаженно прикрыла глаза, на минутку и проснулась спустя пару часов. За окном успели сгуститься сумерки. Какое-то время она соображала, где находится – Лекса поблизости не было, зато она почему-то была укрыта приятно пахнущим кондиционером для белья плюшевым одеялом. Где-то в доме слышались голоса. Приличия требовали встать, привести себя в порядок и спуститься, ноющий от голода желудок требовал того же, но так удобна была кровать.

Устав сражаться со здравым смыслом, Марина включила ночник и встала, поймав в зеркальной створке массивного платяного шкафа собственное растрепанное отражение. Впрочем, если не учитывать помявшихся брюк и нуждающихся в расческе волос, все оказалось не так уж плохо. Стараясь ни о чем не думать, она спустилась вниз.

Вся обстановка в доме дышала традиционностью: классический строгий стиль интерьера, натуральное дерево, картины и фотографии на стенах – было в этом нечто ожидаемо помпезное и холодное.

Среди всего этого она чувствовала себя совершено чужой. По сравнению с этим домом, пустой дом Лекса с не выветрившимся запахом свежего ремонта казался крошечным и уютным.

– Ты всегда поступал импульсивно и необдуманно, – раздался голос Маргарэт с кухни. Слова прозвучали так отчетливо, что Марина без труда все перевела, – Ты ни о ком, кроме себя в данном случае не думаешь.

– Зато обо мне все подряд только и делают, что думают, – огрызнулся Лекс.