Сны Великого Моря. Алаутар

– У них в каждом крупном городе проложена сеть подземных тоннелей, – со знанием дела пояснил Гаитоэрант, – в домах пальори есть по два или три подземных этажа, у них можно вовсе не выходить на поверхность, чтобы передвигаться по городу и ходить друг к другу в гости. Насколько я понимаю, это все адаптация к суровым зимам, не будь этих тоннелей, жизнь в ведьмацких землях замирала бы на 4—5 месяцев каждый год.

– В дерревнях коррдорро она пррактически замиррает, – проурчал кот, – хоть они и живут южнее и зимы у них не такие сурровые, а все рравно от скуки не знают куда себя деть.

Поэтому коррдорро так любят прриглашать к себе в дерревни ведьмаков касты маррбо, даже готовы платить им только за то, что те живут с ними ррядом, рразвлекают их музыкой, домашними спектаклями, а еще гаданиями и пррочими суеверрными глупостями, врроде вызывания и заклинания аглангов. Только коррдорро веррят, что прройдохи маррбо, согласившиеся жить в их дерревнях, могут рразбирраться в таких матерриях.

– Я слышала ведьмаки касты кордоро слегка, как бы это сказать… – Арикарда смутилась.

– Туповаты, – закончил за нее Гаитоэрант, – не боги горшки обжигают, каждый ценен таким, каков он есть.

Марина решительно встала из-за стола, все взоры вновь обратились к ней.

– Я отлучусь ненадолго, спрошу у моря, что оно помнит о Вительдиальке.

– Тебя перенести или сама? – невозмутимо спросил Кэрсо-Лас.

– Сама, – улыбнулась та, – я быстро, вы даже доесть не успеете.

– Спорим, успеем? – вздохнул Гаитоэрант, отдавая остатки сыра коту.

Кошка Саша дремала, свернувшись в соседнем кресле, рыжий с белым мех искрился на солнце – огромный кошачий ребенок, обласканный и любимый. Пока проблемы мира и его обитателей ее вовсе не волновали.

Все время, пока Марина отсутствовала, Эланор просидела вовсе без движений, идеально прямая спина, задумчивый взгляд, волнение выдавали лишь слегка подрагивающие уголки губ.

Эдэальт, напротив, сидел как на иголках, чтобы хоть как-то отвлечься, он вновь заговорил с Маркизом о надвигающемся сезоне торговли и турниров.

Гаитоэрант, как ни в чем не бывало, беззлобно переругивался с Кэрсо-Ласом, выясняя, можно ли считать местную разновидность осьминогов осьминогами, если тут их считают и называют рыбой куль.