Сны Великого Моря. Алаутар

Это из-за меня она ушла искать свое смертное счастье в Изначальный мир.

– А зачем ты это все ей рассказывал и откуда сам узнал?, – удивилась она, раздумывая насколько принципиальна разница между Водой и Туманом и Огнем и Огненным Смерчем.

– Я сам собирался это сделать и втихаря исследовал архивы самой большой и полной библиотеки нашего мира в школе Сайнз. 60—70 столетий назад было принято писать символами, а не словами, сейчас этим способом письма никто не пользуется и мало кто умеет эти символы читать. Я умею…

– Горе от ума, – улыбнулась Света, оперлась на его согнутую в колене ногу, – Только все это не дает ответа на вопрос что делать мне?

– Я не попал в Изначальный мир, но здесь я встретил тебя.

Ты – воплощение Зари, огонь в тебе превалирует и, если бы тебя учили правильно, ты не уступала бы мне в магических возможностях, – проговорил он, – Я нашел свое смертное счастье, вопрос лишь в том, останется ли оно со мной.

Эгоист! Подлый эгоист. Значит, она должна бросить все и идти за ним неизвестно куда и зачем.

Внутри закипел протест, но мозг неожиданно зло остудил его – «Чего бросать?» У нее ничего нет. Деда с бабушкой давно нет, на остальных плевать она хотела.

И все-таки это казалось чистым безумием. Они знакомы с ним три дня и четыре ночи. Бред.

– Я чувствую, ты злишься на меня. Прости, если обидел, я не хотел, – тихо продолжил Дамард, стараясь поймать ее взгляд, – Скажи, что я сделал не так?

– Я злюсь не на тебя, – буркнула Света, осторожно ощупывая через тонкую ткань брюк, грубый шрам от успевшей затянуться раны на его ноге, – Я просто злюсь.

Все не так, неправильно, а ты… – она пристально посмотрела на него, – Меня пугает, что ты мне настолько нужен, хоть знаю я тебя четыре дня. Ты замерз? – без какого-либо перехода спросила она, едва коснувшись его ледяной руки, сжала его ладонь в своих. Никто никогда не был так близко, никакой дистанции. Ужас.

– С тобой тепло, – улыбнулся Дамард, легко соскочив с подоконника, заключил ее в объятия. Легкий аромат холодной ключевой воды или талого снега в горах окутал ее со всех сторон.

Света крепко обняла его, осознав, что пути назад для нее не существует.

На горизонте блеснул золотой рассветный луч, и тут же утонул в пене фиолетово-серых туч, однако след остался – золотисто-розовый шрам на мрачном беззвездном небосклоне.

Новый день застал их спящими глубоким здоровым сном. Заглянувшая к ним в комнату Марина будить их не стала, приклеила к двери записку и вновь ее закрыла.