Помню

– Для чего эта отсрочка в два года? Ты мне не доверяешь, считаешь, что я передумаю? Или считаешь меня настолько легкомысленным, что я не в состоянии ответить за свои слова? Считаешь, что я нарушу свое обещание? За кого ты меня принимаешь? – игривый тон и смешинки в глазах исчезли, и перед графом вдруг возник совсем другой человек. Взрослый и серьезный.

– Не кипятись так, конечно же, я доверяю тебе, – примирительно заговорил Джон. – Мне просто показалось, что все происходит слишком легко. Ты так быстро принимаешь жизненно важные решения… Я хотел дать тебе время подумать, извини, если сказал что-то обидное.

Ох уж эта молодость, подумал граф. Как объяснить Джейсону, что не так все просто в жизни, что за десять лет все может измениться с точностью до наоборот. Наконец приняв решение, Джон сказал:

– Хорошо, я помещу объявление в Таймс, как только ты объяснишься с Изабель. Ударим по рукам? – они обменялись крепким рукопожатием. Сделка была заключена.

Граф хотел избавить себя от хлопот в будущем, Джейсон хотел беззаботной жизни, а чего хотела Изабель?

Ни Харткейвуд, ни Джейсон даже не подумали о том, что нужно спросить согласия Изабель.

Им обоим даже в голову не пришло подумать, что Изабель, возможно, совсем по-другому видит свою жизнь.

2

Изабель Амстридж пряталась среди кустов роз. Столь странное времяпрепровождение связано было с тем, что она подглядывала, а как известно, подглядывать плохо. Во всяком случае, ей об этом постоянно твердила ее гувернантка, мисс Купер.

Еще она говорила, что нельзя подслушивать и совать нос в чужие дела. Конечно, мисс Купер легко так говорить, потому что сама она постоянно сплетничала. То с экономкой, миссис Вест, то с дворецким, мистером Джобсом, то с горничными, и конечно, была в курсе всех дел поместья. С Изабель же никто не сплетничал, соответственно, узнать, что происходит, она могла, только подслушивая и подглядывая за той же мисс Купер и другими домочадцами. Поэтому она считала, что в этом нет ничего плохого, а вполне даже правильно и справедливо.

Сегодня, как, впрочем, и всю прошлую неделю объектом ее любопытства был Джейсон. Сейчас Джейсон был на заднем дворе и разговаривал с женщиной. Листья и бутоны роз мешали хорошему обзору, поэтому она, стоя на коленях, буквально пролезла между кустами. Обзор отсюда был хороший, но, к сожалению, ничего не было слышно, а она многое бы отдала за то, чтобы слышать, о чем они разговаривают.