Ученье – свет!

 – Это было бы ве-есело!

Лис невольно заинтересовался и тут же начал строить планы. Пока далекие от исполнения, но…

– Кого у вас там готовят-то?

– Копченых студентов! – фыркнула Лина, представляя лица преподавателей при виде такого абитуриента. Через какое время Лис смог бы их достать?

– Ну! Я жду ответа! – В голосе мальчишки неожиданно прорезалось шипение.

– Да ты всерьез? – оперлась о подлокотник студентка. – Магов-погодников, боевых магов и всякую шушеру вроде артефакторов, охотников, алхимиков и целителей, вот… телекинетиков вроде…

– Богато у вас…

– Не особо, хотя наши некроманты – лучшие, мда.

– Не лучшая рекомендация, но хорошая идея, – отложил книгу Лис. Лина снова хихикнула, глядя на серьезное лицо собеседника.

– Кто-то знатно развлечется, когда его вытурят из Тирита! Только подрасти сначала…

И в голос расхохоталась, полетев на пол от сильного толчка раздосадованного мальчишки. Двери лаборатории распахнулись, явив взорам окутанного едким дымом Тьеора.

Недоброжелательно оглядев присутствующих, он усмехнулся мрачно и прищелкнул пальцами. Перед Лисом возник очередной фолиант, и ученик трагически застонал, временно оставив планы по перемещению в новый бастион скорби… Довольный алхимик удалился обратно. Разогнав едкий дым, Лина обнаружила кое-что новенькое.

На одной из изящных угловых скамеечек, куда она чуть не села, лежал странный предмет. Больше всего он походил на небольшую гитару или скрипку с двумя грифами, изящными, плавными изгибами напоминая чернокожих танцовщиц из зарийского султаната.

Из цельного куска дорогого черного дерева, инкрустированный нефритом и зеленым янтарем, образующими сложный абстрактный узор. Он был прекрасен, завораживая едва ли не сильнее, чем хищная грация его создателей. На верхний гриф были действительно натянуты струны, но как-то странно, без колок. А вот нижний… нижний был украшен миниатюрными, в мизинец толщиной нефритовыми клавишами. В длину это чудо едва превышало руку.

– Что это? – шепотом спросила девушка, облизнув пересохшие губы и, едва касаясь, повела чуть подрагивающими пальцами вдоль плавных изгибов инструмента.

– Риолон мой, – пояснил рассеянно Лис, не отрываясь от книги. – Музыкальный инструмент, можно сказать, национальный.

Лина благоговейно взяла в руки инструмент, присев на край скамьи. Легкая стройная основа очень естественно пристроилась на колено как гитара, верхний гриф лег в руку как родной.