Я буду ждать тебя летом…

Я проревела полдня, пока папа не пошел искать в большом незнакомом городе детский магазин. Он вернулся домой с похожей куклой, в красивой коробке, таким же, как у Даши, лицом, но с длинными волосами. Истерика началась заново, и лишь когда мама не выдержала рева и прикрикнула на меня – плач прекратился. Появилась обида.

Мама говорила, что длинные волосы – это украшение для девочки, и не давала их стричь. Поэтому я постригла Дашу именно так, как хотела бы постричься сама. Поэтому новая кукла казалась мне совсем чужой.

Плюс ко всему, на ней было новенькое платье с рюшами, а не бабушкино, сшитое из лоскутков. Я убрала новую куклу на полку шкафа, подальше от глаз, чтобы не вспоминать о Дашеньке.

Плакала я не только из-за куклы. Вместе с куклой потерялся и номер Вадима. Тут на выручку неожиданно пришла мама. Она позвонила бабушке и узнала у нее номер телефона соседки.

С тех пор мы созванивались с Вадимом каждый день. Я рассказывала ему, как прошел первый день в новой школе, и все последующие, какие тут девчонки-задаваки, какой красивый велосипед подарил мне папа, узнав, что ты научил меня на нем кататься.

Друг на другом конце провода рассказывал мне о том, как вызвался привозить молоко для бабушки, как иногда играет с Буяном, чтобы тот не заскучал без меня, и что того противного гуся, который постоянно бросался на меня, наконец-то отправили в суп. Наши непринужденные беседы продолжались до тех пор, пока однажды трубку телефона не сняла девочка.

– Алло, – раздался звонкий незнакомый голос.

Я слегка растерялась. Обычно трубку снимали либо сам Вадим, либо его мама.

– Алло, – неуверенно ответила я, сомневаясь: «а не ошиблась ли номером?» – Это Элина, а Вадим дома?

– Привееет! Как давно я хотела с тобой познакомиться! – я слышала ее громкое дыхание, она была так рада и взволнована, что ее настроение передалось и мне.

– Ты Вероника? – догадалась я, и поудобней устроилась на табурете рядом с тумбой.

– Дааа! А ты приезжала к тете Зульфие? Я уже думала, что Вадик тебя выдумал, – рассмеялась девочка.

Каждое ее слово окрашивали яркие эмоции. Даже по телефону чувствовалась ее экспрессивная натура. – Он сейчас занят. Папе помогает в мастерской. Давай поболтаем, я его потом позову!

– Давай, – улыбнулась я. – Мы с Вадимом в прошлый раз поставили рекорд – пять часов подряд разговаривали.

– Представляю, что скажут твои родители, когда увидят счет за телефон.

– Они уже видели, мама ругалась, а папа только удивлялся, какая я болтушка.