Я буду ждать тебя летом…

– Этот ненормальный предложил оставить гитару за деревом, чтобы каждый день ее сюда не таскать, представляешь? – Вероника поглубже укуталась в плед, который, неразговорчивый Динар заботливо положил на ее плечи.

Вечер становился все холоднее.

– Вот, держи, – подруга подсела ближе и, развернув плед в длину, накинула часть на меня.

– Мне показалось, или ты беспокоишься за Вадима? Он может что-то натворить? – меня все еще беспокоил тон, которым Вероника уговаривала Вадима остаться.

– Он всегда может что-то натворить, – тяжело вздохнула подруга.

 – Они с Артемом лучшие друзья. Вот только частенько в последнее время у них возникают разногласия, – последнее слово она особенно подчеркнула. – Артем очень изменился после переезда в город. И каждый раз, когда мой брат влипает в очередную историю, угадай, кто оказывается вместе с ним?

***

Вадим

Мы с Артемом шли в сторону клуба. Сначала по темной лесной тропинке, потом по асфальтированной дороге, хорошо освещенной фонарями.

– Дружище, почему ты не говорил, что твоя соседка такая симпатичная? Чего ты так на меня смотришь? Она действительно супер! Пожалуй, я с ней пообщаюсь, – произнес Артем, выделяя слово «пообщаюсь» ехидной улыбкой.

– Ты к ней больше не подойдешь. – Злость закипела во мне с новой силой. Весь вечер я пытался ее подавить, мой друг прекрасно об этом знал и нарочно нарывался.

– Ты чего? Вы с ней вместе? Я как-то этого не заметил.

– Не твое это дело.

– Я чего-то не понял, ты что, из-за телки так со мной разговариваешь? – Артем остановился и, выпятив грудь, гневно на меня уставился.

– Еще раз назовешь ее так … – я сжал кулак, все еще пытаясь сдержаться.

– Что тогда? А?! – Артем сделал шаг мне на встречу. Он был на голову выше и потому чувствовал себя вполне уверенно. – Я не хочу с тобой драться, тем более из-за какой-то городской девки, так что держи себя в руках. И вообще, пускай сама выбирает…

– Я тебя предупреждал… – проскрежетал я сквозь зубы. Видимо алкоголь делал свое дело. Неконтролируемая ярость окончательно поглотила сознание.

Я размахнулся и заехал Артему по лицу, разбив ему губы в кровь. Он не удержался на ногах и полетел на землю, но тут же снова вскочил и врезал мне ногой в живот. Я упал, но успел прихватить Артема вместе с собой. На земле я навалился на него и снова ударил, целя в лицо. Однако он успел увернуться, и мой кулак с размаху впечатался в асфальт. Разбитые в кровь костяшки должны были зверски болеть, но я ничего не чувствовал.