Церион, или Холодный, но прекрасный мир

Ещё мало сказано о характерах братьев, хотя, я считаю это очень важным, – сказала Алика, с видом не то чтобы сильно заинтересованным, но любопытным.

– На то это и сказка, милая, – объяснил дед, слизывая солянку с усов.

– Было – не было, решайте сами, я передала лишь суть. – Раиса весело развела руки и переключилась на другую тему: – А сколько, вы говорите, километров от города?

Глава 24

Что сказал всадник

Дождь уже не колотил по треугольной крыше дома. Алика сидела в темноте на железной кровати с продавленным пружинным матрасом и слушала стук редких капель о наружный подоконник.

Однако её слух распознавал не только звуки сходящего на нет дождя. Он улавливал даже замедляющееся сердцебиение хозяев дома, мирно спавших в соседней комнате. Илин, ничего не говоря, поднесла что-то к губам девушки. Это была фляга. Илин позаботилась о том, чтобы им не пришлось голодать в пути. Сейчас Алика была всем сердцем благодарна ей. Она выхватила флягу и принялась жадно глотать.

– Спокойнее, спокойнее, – шептала Илин.

 – К чему так спешить? Успеешь ещё напиться. Осторожнее, не пролей кровь на одеяло.

Когда Алика насытилась, она забрала флягу. Медленно закрывая крышку, она не сводила глаз с девушки. Почему-то от её взгляда Алике стало не по себе. Так Илин смотрела на неё впервые. Тонкие пальцы медленно закручивали крышку, слишком медленно, и она даже растягивала этот процесс. В её глазах была мягкость и что-то ещё, Алика до конца не понимала, что. Она не выдержала. Она не могла больше сидеть рядом с ней.

Быстро нацепив на ноги те галоши, которые отдала ей Раиса, девушка вышла на улицу.

Там было спокойнее, только редкие капли иногда касались головы и лица. Они стекали по щекам, будто заменяя слёзы, на которые Алика была скупа. Она чувствовала себя бесконечно одинокой. Всё было так чуждо: и люди, и вампиры, и эта деревня, и этот бесконечный тёмный лес, простирающийся в тёмную даль. Звёзды светили своим вечно холодным хрустальным светом. Это был свет отчуждения. Так хотелось, чтобы рядом кто-то оказался, обнял, шепнул хоть что-то ободряющее! «И к чему я пришла? И куда иду? Что у меня осталось?» Ветер взъерошил густые волосы, хлестнул по бёдрам и ударил по щеке.

Ответа как всегда не было, но за спиной послышался чей-то голос.

– Что, девочка, звёздами любуешься? – Пожилая женщина положила свою тёплую руку на плечо Алики.

Девушка слышала, как медленно, но верно билось её сердце, и ей показалось, что это очень доброе сострадательное сердце.