Гаугразский пленник

Из-за плеча выглядывает толстенное дуло какого-то древнего оружия. А сзади – жуткие, острые, рвущие монитор неровными зигзагами, словно зубы дракона…

Горы.

* * *

– А у меня кое-что есть, – шепнула Далька.

– Покажи.

Далька нагнулась над своим вместителем и почти набрала код, но тут к нам подбежали мальчишки. Много, целых трое. Звать нас к себе в игру. Знаем мы их игры!

С мальчишками вообще лучше не водиться. Они глупые. Вот попробуйте поговорить с ними о чем-нибудь серьезном! – они же ничегошеньки не знают.

Вместо того, чтоб учиться, только и думают, наверное, как бы грамотнее подвесить своего Воспитальку и целый час гонять стрелялки под носом у Лекторины. Все остальное мальчишкам неинтересно – ну, кроме еще гонок на скользилках и всякой тупой беготни с воплями. Мальчишки плохо социализируются, потому что у них естественная агрессия пересиливает творческое начало. Допустим, они не виноваты в своей физиологии, но нам, девочкам, от этого не легче.

Кстати, именно потому нам и приходится все-таки играть с ними.

Иначе Наставница выставит всей группе низкий балл по коллективной социализации. Далька вздохнула и закодировала вместитель обратно.

– Мы с Пончем будем отряд, – как всегда, начал распоряжаться конопатый Винс. – Фаради будет смертовик, и Далька смертовик. А Юська – принцесса.

– Почему это Юська – принцесса? – обиделась Далька.

Я заметила, что Винсу очень не хочется объяснять. Щеки, уши и даже лоб у него вспыхнули так, что волосы и брови стали казаться совсем белыми.

И, конечно, поддержала ее:

– Да, почему я? Принцесса всю игру так и сидит в горах. Это неинтересно.

Винс часто-часто захлопал ресницами, тоже абсолютно белыми. Не ожидал.

– Тогда ты тоже смертовик, да, Юсь? – спросил с надеждой.

– Ты сдурел? Разве я похожа на смертовика?

Рядом с нами мгновенно – она никогда не подвисает – проявилась Наставница:

– Юста, что это за слово – «сдурел»? Извинись и больше так не говори. А ты, Винсант, по-моему, придумал не очень хорошую игру.

В следующий раз, прежде чем звать друзей, пофантазируй получше, хорошо? А сейчас… – ее голос сделался звучным и разнесся на всю группу: – Все ко мне! Играем в «Море волнуется»!

Кто не знает, это такая игра для развития творческих способностей. Если честно, я ее не очень люблю, потому как считаю, что они, способности, у меня и так есть, а кричать что-то хором довольно глупо. Кроме того, «море волнуется» – это, сказала бы моя Воспиталька, ужас как нелогично.