Отпуск по-дикому. (Сборник рассказов)

Вероньез был карманным городком под самой Ниццей – не слишком фешенебельным, чтобы привлекать богатых курортников, не достаточно милым и солнечным, чтобы притягивать всех остальных. В этом городке все мало-мальски важные заведения располагались на одной улице – и управление полиции тоже.

Это были две смежные комнаты, примыкавшие к какому-то магазину. Дюваль вошел туда уверенно, стремительно, ни у кого не спрашивая разрешения.

– Я по поводу того, что произошло на Скалистом пляже.

Один из полицейских поднял взгляд от шашечной доски и махнул рукой.

– Мы уже все знаем.

Дюваль оперся обеими руками на стол, за которым сидели подтянутый седоусый старик – видимо, начальник, – и тщедушный юнец в очках, листающий какие-то бумаги.

– Мне есть, что сообщить. Я здесь по поручению Мишеля Мортаня – вы, именно вы, – кивнул он на старика, – должны его знать. Он был не так давно начальников криминальной полиции в Париже.

Старик покачал головой. Его лицо выражало скучающее, вежливое внимание.

Мальчишка, сидевший рядом с ним, не поднимал головы от бумаг. Двое за шашечной доской возобновили прерванную на минуту его приходом партию.

И тогда Дюваль, нависнув над столом, на одном дыхании высказал все, что успел услышать от Мортаня, все то, во что он абсолютно не верил и не надеялся поверить когда-нибудь – не высказал с несокрушимой, как лавина, силой убеждения, бьющей из каждого слова, из каждой паузы и знака препинания.

После его слов воцарилась тишина, Потом ее прервал глухой стук шашечного хода.

– Что вы намерены предпринять? – глухим, будто сорванным голосом спросил Дюваль.

Юнец поднял глаза – голубые и маленькие за стеклами близоруких очков.

– Не кричите, молодой человек.

– Какой я тебе молодой человек?!! – внезапно взорвавшись, заорал Дюваль.

На улице он вскочил на угнанный мотоцикл – такие тещи уже не имели значения – и на полной скорости помчался по извилистому шоссе в сторону Скалистого пляжа.

Справа от дороги сверкало тихое, зеркально-гладкое вероньезское море.

Дюваль попытался уверить себя, что там, на пляже, оно точно такое же, что эта жуткая неправдоподобная волна ушла назад, в океан. А если наоборот? И он все сильнее жал на газ, выжимая из мотора уже немыслимые километры. А потом море полностью скрылось за скалами, Неприступными скалами, у которых даже не было другого названия и которые простирались до самого пляжа.

Волна была на месте.