Ключ от тёмной комнаты

Север снял свое пальто, потом помог разоблачиться и мне.

– Ты замерзла? – спросил, разглядывая мое свадебное платье.

– Нет.

– Нам надо переодеться. – Его голос снова завораживающе охрип, и я почувствовала его руки на своей спине.

– Расстегни его, – попросила я, сама от себя того не ожидая.

– Ты… – его брови удивленно взлетели вверх, – пытаешься управлять мной?

Отстранилась и отошла в сторону. Север… Конечно, я не могу управлять им. Какое там! Ведь я робею, когда он рядом! Но…

С вызовом посмотрела ему в глаза.

И пришла в бешеный восторг от того, что увидела! Молнии, буря! Страсть!

Он подлетел ко мне и сгреб в охапку. Я же обхватила его сильную шею руками и тут же была захвачена в плен! Мгновенно оказались на кровати. Как тогда, в тот первый раз, в этом доме. С той лишь разницей, что в тот вечер все случилось на полу в его кабинете, а потом мы расстались.

Север сорвал с себя галстук и расстегнул рубашку – его великолепный торс накрыл меня сверху, а губы повелевали прекратить дышать – так велико было наше желание! Я даже не поняла, когда успела оказаться без платья.

Трусики улетели вслед за ним. Не было холодно. То ли это жар от камина, то ли это жар Севера – он накрыл меня сверху и заставил гореть изнутри! Как будто мощный, голодный зверь набросился на свою жертву, как всегда, забрав все ее силы до единой капли.

Первый брачный день. Нет, ни при каких обстоятельствах ни я, ни он не дотерпели бы до ночи. Да и зачем? Наконец нет преград. Никаких. Я сдалась! Официально подписала лист, в котором сказано, что отныне я принадлежу ему, а он принадлежит мне.

Только мне.

Мой Север.

Не перестаю удивляться и трепетать. Это невероятно. И очень страшно, отчего все ощущения сейчас от его присутствия во мне, от его возбужденного жара, от его дыхания, зрачков, которые расширились до огромных размеров, усилились многократно!

Но теперь в нашей близости появилась новая нота. Я не сразу это поняла. Не сразу поняла смысл, причины… Особое внимание теперь уделялось моему животу.

Ему досталась огромная доля поцелуев и нежности, которая не всегда доставалась мне самой. Ребенок… Конечно, Север не перестает думать о ребенке, которого спланировал сам, без моего согласия. И отныне дарил ему свое внимание и любовь.

Не мне. Не знаю, радоваться этому или нет.

Мы остановились не сразу. Прошло еще достаточно времени, прежде чем дыхание каждого из нас нормализовалось. Плохие подозрения никак не вязались с тем, что мы чувствовали.