Письма полковнику

А второй перебил телефонный звонок.

– Дылда? – наугад, вместо «алло», спросил Стар. И угадал.

– Я тебе звонила, – в ее голосе, как всегда, подрагивала обида. Не на него, на жизнь. – Тебе мама передала?

– Нет, – соврал он. – А что случилось?

– Да нет, ничего. Просто, во-первых, у тебя есть в тетрадке по Лимбергу про виды аберраций?

– В тетради нету. Но в учебнике же все написано, он больше не спросит. А что, литературу ты уже всю выучила?

– Конечно. А ты еще нет? У тебя проблемы? Я вообще-то могла бы прийти и…

– А во-вторых?

– Что? – не поняла Дылда.

– Я спрашиваю, что во-вторых? «Во-первых» проехали.

Образовалась пауза. Стар мог поспорить, что оскорбленная теперь уже на него лично Дылда решила бросить трубку и даже поднесла ее к рычагу. Но потом передумала.

– Во-вторых, – она говорила звонко, словно роняла металлические слезы, – я сегодня не смогу пойти. К Еве на день рождения. У меня дела.

– Какие дела?

– У меня… у меня экзамен послезавтра!.. Короче, я не обязана отчитываться.

Ты староста, я тебя предупредила. Пока.

Стар послушал с десяток коротких гудков, пожал плечами. Тоже дура.

Снова раскрыл хрестоматию. Военный стих расстилался по бумаге, бесконечный, словно окружное шоссе, заворачивая за горизонт следующей страницы. Ступить на эту дорогу требовало большего мужества, чем располагал Стар после разговора с Дылдой. Экзамен у нее!.. а у кого не экзамен? Полный идиотизм. Но Дылда по крайней мере безропотно сдала двадцатку. Чего не скажешь о многих других.

Он все еще держал в руках телефонную трубку. Кстати. Нажал на рычаг и, услышав длинный гудок, по памяти отстучал номер Марисабели. Память на цифры у Стара была хорошая, он запросто держал в ней телефоны едва ли не всего класса. Если б со стихами оно выходило так же легко!..

– Здравствуйте! Можно Марину? Спрашивает староста класса.

Привычку солидно представляться Стар выработал давно: это сокращало вступительную часть разговора и открывало внушительный кредит доверия со стороны родителей одноклассников, а особенно одноклассниц.

Но не всегда в тему: словоохотливая бабушка Марисабели буквально вцепилась в него, в подробностях, по-родственному рассказывая, почему именно внучки нет дома. Стар пропускал ее слова мимо ушей пачками, выискивая лазейку для побега из разговора; речь будто бы шла о каком-то конкурсе красавиц в телевизоре… и наплела же Марисабель своей наивной бабуле! В конце концов он зацепил левой рукой рычаг. Нет, правда, случайно.