Случайный лектор

И даже на драную юбку, отсутствие каблука и на колготки, которые теперь разве что тем самым производителям на голову надеть!

– Рад приветствовать вас, – легкий поклон, а скорее даже, он просто на мгновение опустил веки, прикрыв пушистыми ресницами глаза, в Которых Можно Утонуть, – благодарю вас, Антон Феликсович, – теперь уже полноценный кивок в сторону дядечки, столь любезно отправившего меня на скамью позора. Лучше бы из аудитории выгнал!

Он говорил. Признаюсь, не слышала ни одного слова, особенно тогда, когда его жесткий, испытывающий взгляд, прогулявшись по лицам всех сидевших в аудитории, останавливался на мне.

В такие моменты очень хотелось уползти куда-то под стол. О, боже! И сдалось же все это на твою несчастную голову, дурочка Рада. Только то, что имя у тебя такое «радостное», а кроме этого ничего хорошего.

– Это называется, эффект дезинформации, – внезапно, услышала свой, на удивление, уверенный голос.

– Что, простите? – переспросил любезный Антон Феликсович, нервно поправив красную бабочку у себя на шее и с беспокойством посмотрев на своего «коллегу».

Тот же, нисколько не смутившись, в очередной раз одарил меня своим непроницаемым взглядом. Как будто пощечину получила!

– Верно, – медленно произнес Бестужев. – Еще один пример привести сможете? – Цезарь выжидательное немного приподнял потрясающую густую бровь того же шоколадного оттенка, что и его невероятные волосы. Господи, где таких делают?! У меня же сердце ушло в пятки.

Понятия не имею, почему так сильно его боюсь. И надо же было тебе влезть, Радка! Кто тебя спрашивал, чучело огородное?!

– Конечно, – голова отреагировала сама, спасибо, отлично знаю тему. – Диана Кофтус, американский когнитивный психолог и специалист в области изучения памяти, доктор философии в университете Стэнфорда, провела эксперимент, призванный показать в действии этот самый эффект дезинформации. Определенному количеству добровольцев показывали одну и ту же запись автокатастрофы, а потом были заданы вопросы.

На первый взгляд, ничего сверхъестественного, но формулировки менялись и, в результате, некоторые участники вспомнили то, чего на самом деле не видели. Что свидетельствует о том, что любые наши воспоминания, подвержены внешнему воздействию. Фактически, человек может убедить другого, что все было не совсем так, как тот помнит.

– Отлично, – с очевидным удовлетворением кивнул мой кумир.