Вор

– Твою же мать! – разъяренный на кого-то преступник ворвался обратно в комнату, молниеносно наклонился надо мной, схватил за руку, в которой держала бутылку с пивом и в следующую секунду, земля сменила небо – он перекинул меня через свое огромное плечо и прямо так утащил в мою спальню!

Глава 12

Первым делом Демид поставил меня на землю и каким-то непостижимым образом сорвал с хозяйки квартиры сарафан. Я осталась перед ним стоять в одних белых кружевных трусиках и лифчике. Прямо как сегодня утром, когда он как тайфун ворвался ко мне на кухню.

Лысый уголовник стоял рядом со мной почти в том же положении – из одежды на нем мое же полотенце, ненадежно закрепленное у него на бедре.

– Эй, крошка, не смотри на меня так испуганно, – лысый недовольно скривился. – Давай так, мы с тобой поможем друг другу. Ты облегчишь жизнь мне, а я выбью из тебя всю дурь, которую ты подхватила по дороге сюда. К тому же, через месяц я свалю отсюда, и ты забудешь обо мне. Идет?

– Я… вы не понимаете, – начала зачем-то оправдываться перед этим, как мне тогда показалось, бесчувственным истуканом, – мой парень…

– Мне это неинтересно, – грубо оборвал он мои правдивые излияния.

 – Согласна или нет?

– С-согласна.

Я знала, что очень скоро пожалею об этом. Но в голове прочно стояла картина того, как Антон лапал Женьку, лез к ней под юбку, потому что она опытнее. И красивее. Я этого не видела на самом деле, но мое подлое и уже нетрезвое сознание чего только не нарисовало на эту тему.

Увещевания Демида плюс пиво – сработали на все сто процентов. И я поддалась.

– Эй, куколка, – из темноты, в которую сама себя погрузила зажмурив глаза, раздался голос Демида, – не зажимайся. Давай, я тебе немного помогу расслабиться…

Вслед за этими словами, мужские пальцы легли мне на спину и проникли под застежку лифчика. Как и с сарафаном, он справился с ней в мгновение, а как только выше пояса я оказалась совсем без одежды, придвинул меня к себе. Именно тогда мое дыхание превратилось в открытое пламя.

Еще никогда моей голой груди не касался мужчина. И тем более, такой.

– Знаешь, почему они такие твердые? – его голос слащавым змеем разъедал мою спасительную темноту.

– Кто?

– Они.

Он не пояснил. Просто прикоснулся большим пальцем к моему правому соску и провел по набухшей поверхности. Действительно, только теперь почувствовала, что он превратился в маленький камушек.

– Это называется возбуждением, детка.