Я сучка, столичная штучка

Ее прошла. Голая грудь и миллион фоток меня выручили. Стесняться нечего, со дня на день это тело благополучно закопают в землю, так что пользоваться им нужно, пока есть такая возможность. Шеф моего Антошки пустил гостью внутрь и не дав разуться, поздороваться со своими корешами, чьи голоса я услышала из безразмерной прихожей, сразу притащил на кухню. Прикольное помещение. Потолки под три метра, техника всякая новая, полы на которых мой великий босс поскальзывается постоянно в своих замшевых тапочках от Версаче и… банка с тараканами, к которой он, собственно, меня сразу о подвел.

Тараканы живые. Крупные такие, с палец большой величиной. Ползают, их там штук двадцать. Усами и лапками своими отвратительными шевелят. Я не испугалась. Грудь – это такая ерунда. Оказывается, мир сохраняет равновесие, пока закрыта крышка этой банки. И, очень на то надеюсь, закрыта плотно.

– Это тараканы, – отрыгнув, сообщил безбашенный босс и почесал, сквозь немного распахнувшуюся полу шелкового халата, наброшенного на голое мужское тело, свой живот.

– Вижу, что не бабочки, – смерила взглядом сначала его, а потом нехотя вернулась к страшной банке. Тараканы все ползали.

– Мадагаскарские. Ты хоть готовить умеешь? Или только титьками трясти перед камерой? – осведомился он у меня, тоже в ответку смерив взглядом.

– Умею. Но не тараканов.

– А придется. Значит так. Здесь по шкафчикам полазай – продуктов у меня тьма.

– И? – почуяв, что Овчинников сейчас прикажет что-то из разряда моих ночных кошмаров, напряглась бесстрашная я.

– И приготовь, чё? Удобоваримо. С пирожками, например.

Миллиардер взял банку, покрутил ее в руках, постучал одному прилипшему на ее стене таракану, призывая того посмотреть на себя и всучил банку мне!

– С пирожками? А без тараканов невкусно?

Столичный бизнесмен, чья фотография уже не один месяц отсвечивает у меня в туалете, вдруг наклонился ко мне, прикрыл ладонью рот и заговорщицки прошептал, озираясь на дверь:

– Ты понимаешь, я Мишке пари проиграл. Обещал сожрать этих, – он с отвращением ткнул пальцем в банку.

Которую теперь уже я прижимаю к груди, обеспечившей мне пропуск в апартаменты самого черта. – Сожрать и снять на видео, как буду это делать. Так что, сделай с ними что-нибудь. И учти, ты в ужине участвуешь, так что уж постарайся. Замаринуй, что ли, – пожал Овчинников плечом и, щелкнув по банке пальцами, отправился на выход. Уже у дверей остановился, повернул башку ко мне и напомнил:

– Ты ж хотела, чтобы я женился на тебе.