Унесенная скандинавским ветром

 – Андреевна… В бухгалтерии, говоришь…

Немного помолчав, что-то прикидывая в голове, Бесихвостов посмотрел на старика:

– А чем ваше предприятие, говоришь, занимается?

– Так, парусы шьем! Неужели не знаешь? Возле двери табличка, прочитал бы!

– Ага… – снова пробормотал Руслан Константинович. – Ну, спасибо тебе, отец. Буду должен. Мелочи, прости, не ношу с собой, а то бы сразу отблагодарил.

Бесихвостов покинул здание и вернулся к машине. Сев за руль, не спешил заводиться, опустил боковое стекло и посмотрел на небеса, на которых в этот погожий день не было ни единого облачка.

– Нет, серьезно?! – обратился он к небу. – Ганнар! Ты вот прямо сейчас решил напомнить мне о моем обещании? Ах ты, старик хренов! Почему этим должен заняться я? Значок у нее на блузке и что?! Синяя пуговица с белой яхтой, ваш фамильный знак, – передразнил Бесихвостов некогда неоднократно услышанные им слова. – Подумаешь?! Это еще не повод вызывать его сюда! Ганнар! Ты же уже давно помер, десять лет прошло! Какого черта? Почему ее найти должен был именно я?! У меня сейчас и у самого проблем хватает!

Руслан Константинович в сердцах достал из кармана сигарету и закурил.

Сделал глубокую затяжку, посмотрев в сторону здания через дорогу, синюю крышу которого с самого утра раскалило летнее солнце.

– С другой стороны, и деньги мне сейчас не помешают. Времена такие пошли, пандемия чертова… Швейное предприятие… И телочек там наверняка много… Симпатичные должны быть.

Еще несколько минут Бесихвостов разворачивал внезапный план в своей голове.

В результате размышлений его сальная ухмылка подперла небритую щеку мужчины, и он негромко произнес:

– Ладно, Ганнар. Сделаю тебе одолжение. Но учти, должен мне будешь!

Выбросив окурок в окошко, Бесихвостов завел двигатель своего черного джипа.

Глава 2

Липецк, 1 декабря

Нижний парк

Хорошо, сегодня получилось встать немного пораньше, успею и в душ, и даже позавтракать. Мой обычный график – в шесть утра подъем и через пять минут я уже на пробежке.

Привычный ритм жизни, к которому меня приучили в школьные годы, когда я фанатично занималась гимнастикой. В двадцать лет я должна была забыть о своем увлечении спортом, беременность выбила из колеи. Сейчас мне тридцать, я мать-одиночка двух почти очаровательных девятилетних близняшек. Почему почти? Хотя бы потому, что мои белокурые красавицы в этом году совсем меня с ума свели. Они обе учатся в четвертом классе.