#Недо_сказочки

Я действительно раскаивался в содеянном и не придумал ничего лучше, чем топить свое отчаяние в крепком алкоголе.

Заперся с красоткой. Как её звали? Дженни? Джеки? Не вспомнить.

Мы пили и смеялись всю ночь

А утром кто-то постучал в дверь. Я думал – молочник.

Открыл, увидел его лицо. Да, да, это был Чаки. Я прочитал в его глазах сожаление, и мне стало стыдно.

Но ненадолго.

Грянул выстрел, и мир померк.

А потом я оказался тут.

Похоже на длинные-предлинные каникулы. Делай, что хочешь, рыбачь, купайся, запускай змеев.

В домике всегда полная корзина яблок, есть хлеб и молоко. Никто не заставляет ходить в церковь, но, кажется, я скоро наберусь смелости и пойду туда. Мне не грустно, если только совсем чуть-чуть.

Взрослые не плачут, верно? Я тоже не плачу, я взрослый.

Мне было двадцать два.

А сейчас – двенадцать.

Я сижу на бревне и щурюсь, наблюдая сверкающую дорожку на воде. Волосы почти высохли. Тут никого нет кроме меня, змей, ящериц, озера Мичиган и солнца, которое день за днём встаёт справа.

Однажды, только однажды, я встретил тут мальчугана лет трёх, не больше. А, может, это была девчонка… Кто их, метисов, разберёт.

В тот вечер я не спеша возвращался домой, солнце садилось, насекомые гудели, шумели, стрекотали в высокой траве.

Рядом с хибарой я заметил тень и, стыдно сказать, заорал. И оно тоже завопило, закрыло голову руками и заплакало. Это был всего лишь ребёнок.

Я подбежал и стал его успокаивать, вынес яблок, стакан молока, спрашивал как зовут, рассказывал что-то забавное.

А потом прикоснулся к нему, хотел обнять, тронул за плечи и сразу всё понял.

Меня выбросило, не знаю куда, но там была ночь, домик стоял развалившийся и покрытый мхом. Только Мичиган мерцал вдалеке отражением луны.

Я отпустил ребенка.

И сказал, не знаю уж, что на меня нашло, но сказал я ему так:

– Меня зовут Томми. Томас Маккарти.

– Томми… – неуверенно повторил малыш, размазывая грязь по щеке и медленно пережёвывая яблоко. Надеюсь, я дал ему настоящее яблоко, и оно не превратится в какую-нибудь дрянь.

– Если ты вдруг когда-нибудь встретишь Чака, скажи, что я жду его здесь. Я хочу попросить прощения. Чарльз Николетти. Его все знают. Он плохой парень, но тебе ничего не сделает, не бойся. Ты понимаешь, что я говорю?

– Томми ждёт Чаки, – хруст яблока. – Томми просит прощения. Томми вёл себя плохо?– вопросительный взгляд черных глаз.

– Да, да! – я уже исходил на крик. – Томми вёл себя очень плохо.