Особенные

Все в нашей банде так, или иначе, пострадали от рук тех, кто сейчас под защитой чужаков, именно поэтому мы хоть и бываем временами жестокими эгоистами, но своеобразно заботились друг о друге. Потому и хочу найти молодняк, они не успели ощутить эту заботу, не успели освоиться, почувствовать, что теперь у них есть защита, как эту защиту отобрали. Думала ли я когда-нибудь брать на себя ответственность за чужих людей? Вот уж нет, ни за какие коврижки, только судьба решила по-другому.

Поиск решила начать с места, где очень часто отираются беспризорники, там проходит теплотрасса.

Раньше я настолько замерзала зимами, что даже летом чувствовала неестественный холод, и как только находила пропитание и кое-какие деньги, сразу возвращалась греться. Опасное место, сироты очень рьяно защищают свою свободу, и в приют не хотят идти даже под страхом смерти.

Я вовсе не сердобольная, женские инстинкты давила в себе жестко и на корню. Они, конечно, прорываются на свободу, терзая тем самым душу, но бывает это, слава Богу, редко.

Приехала домой, переоделась в немаркое, закинула в широкий карман штанов газовый баллончик, скинула в большой пакет продукты из холодильника, которые можно не готовить, и отправилась торговаться за информацию.

Люди, у которых уровень жизни позволяет проживать в квартирах и домах, даже не представляют, сколько бездомных живет на улицах – мы очень хорошо прятались. Не все взрослые спиваются, и не все дети умирают с голоду, если мы дотягиваем до шестнадцати, то нас очень трудно убить, мы как тараканы, способны днями жить без еды, и не заболевать при низких температурах.

Драться с нами тоже не стоит, мы не умеет делать это по правилам, только в самые болезненные места, только на поражение, а если противник заведомо сильнее, и не из наших, то сначала отвлекаем, а потом убегаем, чтобы вернуться с подмогой. Нечестно втроем против одного? Да и плевать, когда пытаешься выжить, о чести не думаешь.

Несмотря на асоциальность, мы жили стаями, и таких стай по городу минимум три, одиночки редко выживают.

Дмитрия мы нашли на юге города, он, несмотря на препарат, видит во снах отголоски будущего, и иногда предупреждал нас, где находится сейф, насколько быстро должны справиться до появления полиции, и когда нам лучше не идти на дело. Пусть он и видит смутно, но мы к нему сразу начали прислушиваться, особенно после того, как трижды подтвердились его слова.