Искра, погружайся! В плену Янтаря

Казалось бы, на что можно было жаловаться в моем положении, когда весь мир лежит у ног… Только вот драгоценный папочка держит меня в золотой клетке с самого рождения, так что, единственная возможность наблюдать за благами мира – это максимум в интернете с экрана коммуникатора[1 - Коммуникатор – универсальное средство общения 23 века. Его прикрепляют к нейронной системе человека, через ухо, легко распознает команды. Может вызвать голографическую панель для визуального отображения, либо использоваться в качестве средства связи, по типу телефона.

Номер телефона – это идентификационный номер, присвоенный при инициации с помощью Провиданс. Грубо говоря – смартфон в виде маленького наушника, постоянно находящегося в глубине ушной раковины.]. Что уж говорить, мне даже нельзя пользоваться социальными сетями, и прочими прелестями развитых технологий. Так что, вечеринки, дискотеки, тусовки – на это все, касаемо меня наложено табу. Я лишь с недавних пор, выходила в свет, но только на официальные приёмы, ну и несколько раз была в головном офисе Провиданс. До этого, папа в буквальном смысле прятал меня от нашего Правящего общества.

Образование я тоже получала на дому – со мной занимались лучшие учителя, затем преподаватели, профессора. Так что, единственным моим утешением – было чтение, особенно книг по истории. Благо, у нас была огромная книжная библиотека, что было роскошью в наши дни, когда печатные издания были антикварной редкостью.

Папа всегда был невероятно строг… но после смерти мамы, это стало его идеей фикс.

Маму я помнила плохо, её не стало, когда мне было шесть, но все равно, воспоминания о ней давались мне крайне болезненно.

Я никогда не шла на перекор отцу, но дух авантюриста сегодня, впервые, взял верх. И раз уж мне суждено быть заложницей "роскошной" жизни, то сегодня я наслажусь ей сполна! Держись папочка!

Собственно, по тому, Сэм так негодует, она кстати моя горничная. Уже несколько лет она живёт у нас, ей выделен отдельный домик для прислуги, в самом удалённом уголке нашего фамильного особняка.

В моменты, когда мне было совсем одиноко, Саманта всегда была рядом, поддерживала меня.

Я сидела за туалетным столиком, нанося на веки пудровые тени пастельных тонов, и краем глаза наблюдая за своей подругой. Я еле сдерживала смех, видя, как Саманта ходит из угла в угол, бормоча что-то себе под нос, особенно, учитывая, каких размеров была моя спальня, ходить ей приходилось много. Моя комната находилась на самом верхнем этаже.