Сладость или гадость?

Как сейчас помню – такой маленький пальчик и такие крупные алые бусинки одна за одной падали, впитываясь в старые доски пола.

Страшнее крови для Люды была только зеленка. Поэтому мы не стали рассказывать деду о ранке. Я крепко зажал сестре мизинец, и уже через минуту кровь остановилась. С того дня что-то странное стало происходить в доме. И в моей сестре. ?Анютка держала плюшку у самого рта, словно боясь откусить и пропустить хоть слово из рассказа. Дед унял поднявшуюся дрожь и продолжил: ?– На следующий день мы опять полезли на чердак.

Люда стала тревожно озираться. Она говорила, что слышит какой-то стук. Как я ни прислушивался – не слышал. Сестра ворошила завалы вещей и книг, пытаясь обнаружить источник звука. Когда дед позвал обедать, я силой уволок ее с чердака.

Ночью я проснулся и увидел, что кровать Люды пуста. Я догадался, где ее искать. Поднялся на чердак и увидел в свете фонарика ее… Сестра одержимо ковырялась в старье. Но как она выглядела!

?Растрепанные волосы торчали в разные стороны.

Лицо, бледное, как лист бумаги, было сплошь покрыто капельками пота. А глаза… полные жажды и одновременно отчаяния, помню, как сейчас. Она спросила: ?«Слышишь, ЭТО опять стучит?»

?Я не слышал. Похождения Люды продолжались несколько ночей. Потом сестра стала прежней. Спокойной и веселой. Однажды я увидел, как она разламывала на части своих кукол. И вытыкала им глаза дедовской отверткой.

А еще, у нее невесть откуда появилась странная игрушка. Тряпичная кукла с уродскими глазами-пуговицами, наряженная в черное платьице с белым кружевом.

Волосы были сделаны из ниток, тоже черного цвета. ?Люда сказала, что нашла куклу на чердаке. Та якобы сначала просто стучала из-под пола, а потом просила ее освободить. Сестра несколько ночей ковыряла доски, пока не извлекла эту… прелесть. ?От куклы пахло не так, как от других находок с чердака. Не просто сыростью, а затхлостью, болотом, гнилью. Меня чуть не вывернуло наизнанку, когда я взял в руки Эльзу – так Люда назвала «подружку».

Я стал замечать в разных уголках сада кучки свежей земли. Однажды вечером увидел, как сестра ковыряется с лопаткой в кустах смородины. Я подождал, пока она завершит странное дело и уйдет в дом. ?Я ожидал обнаружить в ямке «секретик» – цветы под осколком бутылочного стекла. Я такими глупостями не занимался. Наверное, Люда стеснялась своей девчачьей сущности, вот и закапывала украдкой. ?Разрывавшие землю мои пальцы уткнулись во что-то… мохнатое.