Одухотворённые

В трубке без лишних слов оперативно обещали прибыть через 15 минут, попросили только как-нибудь удержать бандитов у двери – разговором. Иначе будет трудно выяснить их намерения об убийстве и доказать состав преступления. Конечно, Таня всё понимала… она хотела рассмотреть непрошеных гостей в глазок – он был заклеен. Тогда, выдохнув полной грудью, Таня затянула свою нехитрую песню:

– Да кто там? Сколько можно трезвонить, у нас швейцаров в доме нет! Подождите…

– Мы друзья вашего сына Саши, он деньги взял в долг и не вернул.

Не бойся, хозяйка, открой дверь и мы всё тебе объясним, – вкрадчиво звучал хриплый басок, явно взрослого дядьки.

– Простите, не могу открыть, руки грязные, пойду помою… а сын на прогулке вместе с собачкой. Вы разве его не встретили там? Он сейчас вернётся, минут через пятнадцать. Подождите Саньку на лестнице, мне с вами некогда разбираться. Блины горят на плите!

Таня заглянула на кухню, там её мама, ничего не подозревая, продолжала жарить и парить при закрытой двери. Не стоит посвящать пожилую маму в их проблемы, подумала женщина, только суеты станет ещё больше.

Саня с собакой закрылся в гардеробной, чтобы не выдать своего присутствия бандитам. Вернувшись в прихожую, Татьяна замерла у входной двери. За ней шептались, курили… даже не думая уходить. По всему было видно, что алчность и возможность лёгкой наживы полностью затуманили мозги грабителей. Кто-то из соседей прошёл вниз по подъезду, кто-то открыл звякнувшую громко дверь…

Было обидно, что средь бела дня люди пошли на преступление и никого не боятся! Милиции всё не было.

Напряжение росло. Только бы не вышла из кухни мама, только бы не вернулись девочки, только бы не пришёл Влад. Господи, помоги! Неожиданный громкий стук в дверь – ногами и руками – заставил отскочить растерянную женщину.

– Хозяйка, открой, ну же, открой, прошу!.. мы просто поговорим! Не бойтесь нас, мы – свои. Мы друзья, мы знаем вас всех. Лучше откройте сейчас, а то можем встретить вас на улице вечером – вам не понравится…

Таня, припав к противоположной стене, молилась и теребила попавшую под руки салфетку: это важно оставаться в спокойствии здесь и сейчас.

– Владыке содержателю наших душ и тел! Спаси и сохрани!

Вдруг всё стихло. В ушах зазвенело. Мир замер! Через несколько секунд раздался громкий голос:

– ОМОН, открывайте!

Чуть живая, Таня недоверчиво попросила очистить дверной глазок, и увидела в него знакомую милицейскую форму. Больше на площадке в подъезде никого не было.