Эхо шторма. Обитель отверженных магов

Потеря памяти – достаточный повод для визита?

Ая удивилась. Неужели думала поделиться с кем-то? Он мог бы помочь, найти объяснение. Само слово «помочь» казалось таким странным.

– Не нужно искать еду за диваном? Все честно? – учитель возник рядом.

– Нет, сэр! – шутливо ответила Ая и добавила уже серьезно: – Спасибо.

– Признавайся: без меня бы так и наелась орешков?

– Вы, как всегда, правы.

Иван грустно усмехнулся и жестом пригласил на выход. Ая поискала того мужчину, но в кафе было уже пусто.

На улице окутала свежесть ночи, влажный воздух бодрил.

В майке и тонкой ветровке прохладно, но хотелось остаться подольше. Подышать, успокоиться.

– Что за человек? – Ая зависла на террасе.

Учитель обернулся.

– Хм?

– Ну, с которым вы разговаривали… – Ая осеклась. Это не ее дело, почему лезла с вопросами?

Казалось, Иван о чем-то задумался.

– Просто друг.

Он прямо посмотрел на нее, в лице не было ни напряжения, ни разочарования. Это позволило Ае с облегчением выдохнуть: что, если бы обидела его?

– Пошли, – Иван двинулся к аллее.

 – Или хочешь простудиться?

Сунув руки в карманы, Ая последовала за ним. От мыслей о тренировке под дождем колола совесть.

– Соревнование прошло хорошо?

Ая кивнула. А ранее нашпиговали магией, чуть снова не устроила драку, фактически спровоцировала…

– Видел, набрала очков. Неплохо.

– Могла бы больше, но…

– Знаю-знаю. Не переживай, будет время.

Время. Через день выездное задание, как быть с магией? Иван о нем мог не знать – что, если запретит?

Но казалось, учитель наслаждался ночью и не думал ни о чем.

Такие обычные моменты с ним Ая любила больше всего. Поняла, что идет со сгорбленной спиной, будто снова беззащитный подросток, и вытянулась. Хоть и выросла, много ли внешне поменялось? Понять, что она девушка можно лишь по волосам ниже плеч, – Ая незаметно выправила их из куртки, – но даже так… Что Иван видел? Дрожащую от холода девочку, скорее. Да, она зарекалась ей быть, но сейчас не осталось сил строить из себя что-то.

Накатила усталость, говоря по правде, Ае было чертовски плохо. Если бы могла рассказать Ивану все… Он был самым близким – но и таким далеким. Она не могла позволить себе испугаться при нем или, какой ужас, расплакаться.

Нет, он бы обязательно стал беспокоиться. И так чересчур озаботился ее физическим состоянием, не хватало еще переживать за моральное. Ая твердо решила, что это был просто обморок. Пообещала себе, что больше такого не повторится.