Беглянка

Император одобрительно хмыкнул.

– А не ранил, чтобы посильнее уязвить, верно? – понимающе поинтересовался он.

– Да.

– Это хорошо. А то я уже, грешным делом, подумал, будто ты заболел человеколюбием.

Инквизитор презрительно фыркнул:

– Подобной чушью не страдаю!

– Очень рад, что за время отсутствия ты не растерял своих навыков, – император медленно прошёлся по комнате, делая вид, что разглядывает её убранство. Меня он по-прежнему словно не замечал. – Правда, сомневался я лишь в твоём владении кнутом.

Слухи об успехах на остальных поприщах до меня долетали. Например, я слышал, что ты немного усовершенствовал мои методы наказания, превратив их в особое искусство. Это похвально.

– Да, так получается эффективнее добывать информацию и склонять нужных людей к сотрудничеству.

– А ещё так гораздо интереснее, верно?

– Не без этого, конечно.

Я слушала их диалог и не могла понять, притворяется Лауль или говорит серьёзно – настолько естественной получалась беседа. И меня это пугало.

– Ну ладно, на сегодня хватит разговоров, – решительно заявил гость, остановившись прямо рядом со мной. – На самом деле я зашёл совсем не за этим. У меня к тебе просьба.

– Какая?

– Одолжи свою рабыню на денёк.

От ужаса у меня перехватило дыхание, и я едва удержалась, чтобы не показать мужчинам, и в первую очередь Диктатору, обуревающие меня чувства.

– Зачем? – строго осведомился Инквизитор.

– Хочу понять, что же заставляет тебя держать её у себя вот уже почти целый месяц.

Картинку и звук ты у меня отобрал, поэтому придётся воспользоваться прямыми методами. Ну и развлечься, разумеется. Ты же не против?

– Против, – твёрдо сказал Лауль.

– Что? – не веря собственным ушам, спросил император. – Я не ослышался? Ты мне отказываешь?

– Да, отец.

– Так… – недовольно протянул он. – Это уже становится интересно. Ну, и в чём причина?

– Ты можешь нарушить мой эксперимент.

– Эксперимент? – удивлённо повторил гость. – Нельзя ли несколько подробнее?

Инквизитор устало вздохнул:

– Ты сам буквально пять минут назад хвалил меня за то, что я модифицировал общепринятые принципы наказания.

Но, как известно, нет предела совершенству. То было лишь ключевой частью глобальной работы, идею которой я вынашиваю не первый год. Увы, дальнейшие исследования пока пришлось оставить на будущее, потому что полноценно провести их можно только на Патриоре, ввиду отсутствия за пределами Империи широкого выбора рабочего материала.