Дождь для двоих

Эфья схватила небольшую вазочку, судьба которой вскоре должна была повторить судьбу несчастной пепельницы, однако строгий материнский взгляд спас этот предмет интерьера от необоснованной агрессии.

– Хватит, Эфья. Я знаю, твой ураганный характер мешает тебе осознать, что и ты зависишь от обстоятельств и прекрасно знаешь, что поступила правильно, освободив себя от ненужной влюбленности.

– Просто ты наконец сумела показать мне, что я для тебя лишь…

– Ты для меня старшая дочь, которую я люблю всем сердцем.

И желаю для тебя лучшей судьбы. Думаешь, у меня был выбор? Я была обещана, едва родившись, а мужа, то есть твоего отца, узнала за год до свадьбы. И я была уверена, что не полюблю его, – Анина сделала паузу, чтобы вновь прикрикнуть на слуг, – но сложилось иначе. Теперь, когда я вижу в тебе его черты, мне хочется плакать от того, что его нет рядом.

– Но…

– Нет, нет, нет. Милая, у меня сегодня много дел, до вечера мы должны все подготовить к встрече. Мне, кстати, нужна твоя помощь.

У тебя безупречный вкус, так подбери, пожалуйста, занавески по случаю и не забудь про ленты. Еще будет хорошо, если ты проведаешь поваров – так, на всякий случай.

– Уверена, они уже и без меня все сожгли, – саркастично ответила Эфья и отправилась выбирать наиболее подходящие к случаю шторы.

«Да, этому Тинару, каков бы он ни был, будет непросто справиться с моей девочкой», – с беспокойством в сердце подумала наместница Иззена.

* * *

Эфья сидела на тенистом балконе и сквозь ладошки широких листьев садовых деревьев наблюдала красный закат над белым городом.

Она почти дремала, притом внимала каждому звуку. Ожидание было нестерпимо долгим: подумать только, сидеть без дела целых десять минут!

Принцесса Инн порядком устала за сегодняшний день, но ее желание успеть абсолютно все за один-единственный день давало ей чудовищно много сил. Поэтому от того бездействия, в которое она была погружена, ее клонило в сон.

Сначала она хотела занять другую выжидательную позицию, в беседке из джагернийских ив, прямо около входа.

Тогда бы она первой увидела входящих, но проклятая морось, от которой узорчатая листва чужестранных деревьев не спасала, вынудила ее искать новое место.

Эфья хотела понравиться, и не потому, что таково было желание ее матери, – она хотела, чтобы ее будущий муж понял, как ему повезло и как много он приобретет помимо политического веса в браке с ней, принцессой Инн.