Жизнь мага: Выбор

Я попытался посмотреть на то, что осталось от добычи, и не без труда различил в кровавом месиве человека. Я вдохнул, невольно попятился, и едва не шагнул в болото, опомнившись я поставил ногу на место и посмотрел на оскаленную морду.

– Аккуратнее, там трясина такая, что одну лапу поставишь – про вторую забудешь, – чудище странно ухмыльнулось, но слова прозвучали искренне, будто оно действительно не желало мне смерти, а все угрозы были попыткой испугать, заставить уйти. Но если оно питалось людьми, почему же не напало на меня, неужели оно объелось первым попавшимся к нему в лапы?

– Спасибо – сказал я, и предусмотрительно отошел от края, – в чем дело? Хочешь драки? – я подбадривал себя словами, и все туже натягивал тетиву.

– Если не боишься, то может, выслушаешь меня, мальчик? Ведь на самом деле тебе ничего не стоит меня убить, и я боюсь тебя, не меньше чем ты меня. Я – жертва древнего проклятья, которое заключено в медальоне.

Если ты не побоишься подойти и снять с меня эту побрякушку, то я снова приобрету человеческий облик. Ну как, идет? – на его лице появился оскал, от которого многие бы, без сомнений, окончательно решили, что монстр злой, опасный, и заслуживает смерти.

Не знаю почему, но я решил поверить ему. Может это все из-за долгого присутствия за гранью, или по какой-то другой причине, но мне показалось, что если я не поверю ему, или хотя бы не попробую поверить, то многое потеряю.

Безоружный, я подошел к нему в плотную, уже чувствуя горячее, смрадное дыхание зверя, протянул руки и нащупал цепочку.

Медленно, опасливо я протянул руку, и, стоило мне прикоснуться к волшебным звеньям, как вокруг поднялись столпы зеленого пламени, кольцо тьмы сузилось, а потом рваными кусками разлетелось прочь, отбросив меня, словно перышко. Тьма рассеялась, и прогнала меня из-за грани, давая осознать, что я по шею в трясине, и не знаю, как выбраться.

Вода предательски подбиралась к подбородку, когда я заметил длинную палку. На берег меня вытянул грязный, хмурый, щуплый мужчина в лохмотьях, но лицо, несмотря на гримасу боли и усталости, было не злым.

Это было до ужаса неприятно – тащить недоеденный труп через опасные болота. В основном этим делом занимался мой спутник, мне же досталось нести лишь оторванную руку, и я почти не испачкался.