(Не)верный телохранитель

– Погодите! – воскликнула, оглядываясь в поисках слуг.

Которые, как назло, куда-то запропастились! Хотя только что копошились в сундуках вместе со мной…

– Ну что ещё? – обречённо протянул телохранитель. – Вы забыли, что боитесь лошадей? Или вспомнили, что не умеете ездить верхом?

– Как особа королевских кровей я обучена сотням разнообразных вещей, существование которых вам и в голову не приходило! – парировала, задетая его грубым замечанием.

Даже на отца покосилась – но он с тоской покинутого человека смотрел только на меня и, казалось, не слышал и не видел ничего вокруг.

– И езде на лошадях? – между тем дотошно уточнил наёмник.

– В дамском седле, как и полагается девушке из приличной семьи, – кивнула. – Сейчас принесу…

И уже собралась самостоятельно идти в конюшню, как вдруг наткнулась на киборга, недвусмысленно перегородившего мне путь. А ведь секунду назад его и поблизости-то не было!

– Не стоит, – присоединившись к помощнику, усмехнулся телохранитель. – Ни один из моих коней всё равно не обучен ходьбе под дамским седлом.

Влезайте, не тратьте время.

– В этом платье?! – аж поперхнулась я. – Да мне подол не позволит так сесть!

– Значит, придётся его порвать, – хищно сверкнул зубами мужчина. – Либо задрать до середины бёдер…

– Знаете, – недовольно поджала губы. – У меня есть идея получше…

И покосилась на брючный костюм, край которого как раз торчал из вороха в спешке перерытых вещей.

– Нет, – проследив за моим взглядом, отрезал наёмник. – Ждать, пока вы снова переоденетесь, я точно не буду.

С вашими сборами мы и так потеряли почти целый день. И если не выедем сейчас, рискуем поутру проснуться в кандалах… Или вообще не проснуться.

– Действительно, Юли, – внезапно очнулся папа. – Что это на тебя нашло? Ты же никогда не любила это платье… Да и нельзя возвращаться в дом после прощания. Примета плохая. Возьми лучше что-нибудь с собой, переоденешься на привале.

Признаться, покладистость, с которой отец поддержал совершенно незнакомого человека против родной дочери, сильно меня задела.

Складывалось впечатление, что ему нетерпелось остаться в одиночестве… И потому я молча приподняла юбки, вытащила из голенища правого сапога обоюдоострый нож и уверенным движением разрезала подол на пять длинных ровных лоскутов, превратив элегантное платье в настоящие лохмотья. Между прочим, вполне приличные, ведь нижние юбки остались нетронутыми, будучи достаточно свободными для спокойной езды верхом.