Я тебе объявляю войну, девочка!

Всё кажется, будто сейчас проснусь в любимой тесной спаленке, и единственной неприятностью будет пение Сони из душа.

От нечего делать рассматриваю свою одинокую тень на стене. И так ставится себя жалко! Наверное, я эгоистка. У Славы сегодня день рождения, а я о нём за последние часы и не вспомнила. Не понимаю я ни себя, ни его. Пока он рядом, всё отлично, мне хорошо, смешно, спокойно, мне хочется летать! Но в такие моменты как сейчас, будто пелена с глаз спадает. Я начинаю анализировать и злюсь на него по большому счёту.

Почему проблемы Славы с братом я решаю? Как так вышло? Разве не понятно было в кафе, что случилось что-то из ряда вон? Не спросил, не решил, вообще не озадачился! Вот он всегда был таким, видит лишь то, что хочет видеть, то, что удобно и не заставляет запариваться.

Слышно как в комнату тихо заходит Вадим. Знать его не хочу. Не верю, что он заставил меня прийти просто так. Раз не пожалел потратить на меня столько времени, значит, ему это для чего-то нужно.

Сомнения лезут из всех щелей, хоть Злобин уверял, что не притронется.

Почему тогда спальня?

Нет, почему ОН в ней находится вместе со мной?!

Пока закипаю в попытке что-то понять, Вадим громко втягивает носом воздух у моего виска.

– Эй! – Вскрикиваю, поворачиваясь лицом к нему. – Что ты делаешь?

Вид у Вадима такой, будто его сейчас вывернет.

– От тебя помойкой разит.

Нежный какой, вы поглядите.

– Что же ты, чистоплюй, по помойкам роешься? И тащишь в дом что попало? – Скидываю с плеча его руку и отхожу на шаг.

Понятно, что я не виновата, как и то, что запах камеры действительно сбивает с ног. Но за себя обидно, что скрывать.

Окидываю Злобина критическим взглядом. Он уже в рубашке, всё так же строг, застёгнут на все пуговицы. Безупречен. Взгляд сам падает на собственную помятую блузку, но я тут же поднимаю на него глаза, услышав лёгкую усмешку.

– Всё ищешь лазейку, чтобы нарушить сделку? – Вадим убирает руки в карманы штанов и наклоняет набок голову.

Конечно, ищу! А кто бы на моём месте не стал? Чёрт его знает, что мне уготовано. Но гордость не даёт вот так просто признаться. Да и что это он так самодовольно лыбится?

– Всего лишь стараюсь угодить, – огрызаюсь, убирая волосы за уши. – Ты уж определись, пожалуйста, воняет от меня или потерпишь.

– О нет, – произносит он с усмешкой. – Даже не надейся.