Любой ценой

На трёх грубо сколоченных скамьях вокруг разместились два десятка мужчин. Фэй принялась их рассматривать, узнавая некоторых. Ближе всех с её стороны в синем плаще с нашитым на животе белым орлом сидел Стеффон, сын лорда-пэра Ледяных Гор, злобного старика Эвальда Винтера. Он нахмурился, угрюмый, с узким лицом, густой и чёрной, как смоль, бородой и косматыми бровями, здорово напоминая Лесного Духа из сказок. Он женился на младшей сестре лорда Фалька, девушке хрупкой и болезненной, тем самым обеспечив Винтерам устойчивый союз с Фальками в их вечном противостоянии с южанами.

За сэром Стеффоном располагались два вассала Винтеров: одного из них Фэй не знала, а вторым был Райнер Эдер, которого она видела на королевской свадьбе семь лет назад. Он выиграл турнир в честь свадьбы, посмев выбить из седла в финальной схватке её брата Вильгельма. Тот пришёл в ярость: он утверждал, что проиграл только из-за намеренно испорченной подпруги, и подозревал в порче своего противника – ей пришлось вмешаться, иначе драки было не миновать.

Фэй бы не удивилась, окажись догадки брата верными наполовину – вряд ли подпругу испортил лорд Эдер, а вот её второй братец, Кнуд, был мастером пакостей. Всегда, сколько Фэй его помнила. Хотя с ней он общался нечасто. Однажды он назвал их с Везарием орльвирскими ублюдками, она не сомневалась, что кто-то передал это отцу, потому что через несколько дней братец со сломанным носом отправился к южным границам. Гадёныш. Теперь его нет, и мне бы следовало думать о нём лучше, но мёртвая гадина всё равно остаётся гадиной.

Виски лорда Эдера, запомнившегося ей молодым галантным мужчиной, за прошедшее время успели покрыться сединой, он заметил её взгляд и слегка склонил голову. Фэй коротко кивнула в ответ. Чуть дальше она увидела двух вассалов Фальков: Томаса Ровера, одного из её потенциальных женихов – молодого черноволосого и кареглазого красавца, правившего Тёплой Заводью, и старого лорда Петера Мэйгорна.

Ровер слишком сильно надушился, возможно до сих пор старался произвести на неё впечатление, да только вот с нюхом у него явно было не всё в порядке.

За ними прятался старший сын лорда Фалька, Дан, рыхлый толстяк неопределённого возраста с изъеденным оспинами лицом и безвольным подбородком, облачённый в богато расшитый золотом тёмно-зелёный плащ с вышитым на нём ощетинившимся кабаном медного цвета. Старший, но уж точно не любимый.