Любой ценой

Они миновали очередную деревеньку, жители которой, едва завидев вооружённых людей, попрятались по своим приземистым деревянным домишкам – здешние крестьяне уже крепко привыкли к тому, что от таких отрядов не стоит ждать ничего хорошего, кроме бастардов. Сэр Дэмон отлучился за ближайшие кустики справить нужду, колонна изрядно растянулась и Везарий с аббатом остались вдвоём, если не считать молчаливого Акселя, державшего жалкий мокрый стяг будто реликвию – лишь в пятнадцати шагах впереди о чём-то беседовали мокрые, как крысы, сэр Винсент Реддер и сэр Лукас Эрвер, бурно жестикулируя, а позади на таком же расстоянии сэр Генри Бассет, по всей видимости, травил анекдоты, потому что оттуда периодически раздавались взрывы хохота.

– Вам не нравится ни это путешествие, ни эта деревня, а то место, куда мы направляемся, не нравится вам заранее, – констатировал аббат с удивительной точностью. – Так зачем же вы здесь?

Хороший вопрос, мне и самому это интересно.

– Я… должен был? – Везарий скорее спросил, чем ответил.

Вышло, наверно, жалобно.

– Вот как. Долг. Кому? – с интересом осведомился священник.

Он попробовал собраться с мыслями:

– Отцу. Семье. Королевству.

– По-прежнему не слышу в вашем голосе уверенности. Давайте я кое-что расскажу, – Мериге устремил взгляд вперёд и, видимо, предался благочестивым размышлениям – его глаза будто остекленели, и в таком состоянии он пробыл по меньшей мере минуту, прежде чем заговорил: – Вообразите себе, когда-то я тоже был молодым.

Ещё только начинал свою блестящую карьеру, – он усмехнулся, – а ваш батюшка затеял реформу церкви. – Везарий знал про неё. Он родился в тот же самый год, сразу после этого начался бунт. – Она была проста, – продолжал аббат, – у Святой Церкви отобрали половину земель, богатств и власти, настоятелям запретили укреплять монастыри, равно как и нанимать мечи для охраны – теперь их было предписано охранять войскам соседних лордов, а раз церковь перестала нести эти расходы, то и права собирать налоги даже с тех земель, что были милостиво оставлены под её властью она тоже лишилась – отныне это делал король, назначая приходам и монастырям содержание по своему усмотрению. Число епископатов сократили вдвое, а наместника божьего, архиепископа, низвели до первого из духовников, назначаемого королём, пусть и с формального одобрения клира. Я начал издалека, вас это не смущает?

– Ничуть, – уверил Везарий.

– И тем не менее, попробую быстрее перейти к сути.