Ребенок для лучшего друга

От этих слов я покраснела. Одна единственная ночь до сих пор сверлила дырочку в моей голове. Я прекрасно все помнила, до мельчайших подробностей, будто это случилось только вчера. Прикосновение сильных, но нежных рук, осторожные поцелуи – я тогда ощущала себя просто королевой. Чувства, которые в тот момент испытывала, были самыми сильными, первобытными. Я не могла себя остановить, словно разум отключился, его место заняло тело, которое отказывалось мне повиноваться, но зато таяло в сильных руках. А потом пришла расплата.

Я проснулась первая и поняла, что произошло.

Не хотела, чтобы Степа считал меня падшей женщиной, не хотела в его глазах быть той, которая считает, что после одной ночи он мне что-то должен. Ведь он у меня первый. Да я вообще не знала, как смотреть ему в глаза после всего, что между нами случилось. Постаралась улизнуть как можно незаметнее, но все равно оказалась поймана взглядом проснувшегося парня прямо на месте преступления. Одного его хватило, чтобы понять: он не рад тому, что произошло.

Стало горько и обидно, пусть даже между нами не было любви, но смотреть на меня так, будто я совершила преступление – не обязательно.

Я ничего не смогла сказать в тот раз, сбежала, позорно покинула его квартиру. С тех самых пор при виде Степы я терялась.

Его руки напоминали о том, какими они могут быть в постели, губы так и кричали о том, как сладко они могут целовать. Но все равно каждый день я задавала себе вопрос: ну почему этого не произошло с Максом? Пусть один раз, но я навсегда сохранила бы это в сердце.

Воспоминание грело бы меня долгими зимними вечерами.

Но и смотреть, как сейчас он, не жалея себя, запивает горе, я не могла. Не знаю какое, но метод он выбрал неудачный.

Я застала его одиноко сидящего на диване у камина. Подсела и принялась так же отрешенно смотреть на языки пламени.

– Иди, развлекайся, сегодня Макс свободен, пользуйся моментом! – его голос источал яд.

– У него есть Таиса, – тихо напомнила я.

– Ну и что, она предпочла шоппинг или что там еще говорил Макс? – его язык заплетался, я понимала, что мужчина уже не контролирует слова.

– Я так не могу, – зарделась и опустила голову.

– Странно, а когда-то могла.

Я не сдержалась и залепила ему пощечину. Как он мог напомнить о том инциденте? Ведь прошло столько лет!

Только даже выпивший Степан ее с достоинством выдержал, а потом схватил меня за руку.

– Довольна? – нагло спросил он, будто он только и ждал, что я так сделаю.