Двойная тайна от мужа сестры

Внимание родственников, которых они никогда не видели, их невероятно смущает. Они бы с радостью бросились бегать по дому и изучать его, вместо того чтобы слушать пространные и непонятные речи старших и отвечать на неприятные вопросы.

Но я учила их вежливости, да и пора, наконец, им познакомиться с родными. Мои дети – наследники. Это не укладывается в голове. Мне нужно остаться одной, обдумать ситуацию, я понимаю, что дед возложил на меня важную миссию по сохранению компании.

Могу ли я смолчать? Допустить, чтобы компанией завладели чужие люди? Что важнее: сохранение моей тайны или же сохранение компании? С ужасом понимаю, что не только я имею веское решающее слово.

Олег чуть ли не подпрыгивает от нетерпения. Он прекрасно просчитал все ходы – быстрее меня!

– Очаровательно, – усмехается Милана, поглядывая на меня с хитрым прищуром. – Том Олегович и Гектор Олегович Дюраны. А кто-то еще смеется, когда детей называют Добрынями и Святославами.

– Вообще-то, меня зовут Оливье, мой отец – француз, – пыхтит Олег, выдавая свою нервозность подергиванием щеки.

– Кхм, – вырывается смешок у молчавшего до этого момента Давида.

Смотрю на него, но интереса к детям не вижу. Зато меня он разглядывает без стеснения, как будто мы наедине. Не надо, не смотри… Не буди те воспоминания…

К счастью, экономка приносит чай, загораживая ему обзор.

Выдыхаю с облегчением. И именно этот момент выбирает отец, чтобы усесться на кресло и жестко осадить всех нас.

– Тихо! – бас разносится по дому, отдаваясь эхом от стен.

 – Это вам не шутки! Прекратите балаган!

– Действительно. Пора перейти к конструктивному диалогу! – жестко произносит Давид, единственный, кто осмеливается перечить сейчас отцу, вызывая у меня даже уважение. – У меня нет времени размусоливать эту тему. Нужно решить, как быть с компанией именно сейчас. Мы не можем работать в подвешенном состоянии и задаваться вопросом, кому достанутся активы.

– Что мы имеем? – вступает в разговор мама, сходу давя на больное.

 – Детей нет, наследства, значит, тоже. Давид, Милана, ничего не хотите сказать? Может, порадуете нас, наконец, пополнением семейства?

– Говорить не о чем! – выдвигая челюсть вперед, рычит отец. – Вы с Миланой сделаете нам наследника в течение полугода и точка! Я всё сказал!

– Папа, что ты хочешь? Чтобы мы немедленно приступили к зачатию? – Милана вспыхивает. – Надо оспорить это бредовое завещание!

– Именно этого я и хочу, дочь.