Договорная семья для мэра

Черная, только что вскопанная земля, красные ленты на венках, два лакированных гроба – большой и маленький, игрушки на свежей могиле и терпкий запах цветов, вызывающий тошноту.

Ту пустоту до сих пор ничем не мог заполнить, скорбь и горечь утраты смешивались со жгучей ненавистью к жене, которая погубила себя и ребенка, моего ребенка, которого считал погибшим, а теперь так внезапно обрел.

У него глаза Влады. Цвет рыжей листвы, что покрывает землю осенью, покидая деревья. Никогда не видел таких красивых глаз, таких медных волос, которые густой копной падали на глаза.

Любил ли я Владу, не знаю. Но то, что женился, завороженный ее красотой, это точно. Ради нее работал как проклятый, думал, что брошу все богатства мира к ее ногам, но не понимал, что своим отсутствием спровоцирую ее на скуку и измену…

Ломаю ручку пополам и едва замечаю это, резко вставая и слыша за собой стук в дверь. Уверенные два стука, а потом третий после перерыва. Так стучит мой главный безопасник и начальник охраны Юрий Логинов, осторожно ступающий внутрь.

С кристальной честностью понимаю, что рад его приходу. Рад любому, что нарушит сейчас мой покой и вмешается в мысли, которые не покидают меня со дня смерти жены. Мог ли я что-то исправить? Мог ли что-то изменить? Мог ли их спасти?

– Артур Русланович, – размеренно и четко говорит Юра, складывая руки ниже пояса в замок и смотря на меня твердо. – Ваше распоряжение насчет роспуска охраны…

Еще один, не понимающий с первого раза.

– Они пропустили наверх работницу клининга.

Сейчас, во время предвыборной кампании, нужно усилить охрану, а не наоборот, ослаблять вожжи. А если бы это была ушлая пронырливая журналистка или киллерша?

Юрий насупленно смотрит вперед себя, жуя губу, на лице с мелкими шрамами от шрапнели отражается серьезный мыслительный процесс. Работник с богатым опытом и даже наградами после опасных военных операций в горячих точках, он сейчас явно ощущает свою вину за прокол, а еще переживает за своих ребят. Он считает, что набрал лучшую команду из возможных.

Но что поделать? Никуда не годится, если в резиденции будет царить анархия.

Спорить со мной бесполезно, и Юрий просто молча ждет дальнейших указаний.

– С этого дня в доме будет жить моя невеста, сестра мальчика, а также, ее бабка, она парализована, поэтому позаботься, чтобы обеспечили должный уход. Пусть девчонка живет рядом с моей спальней, а старуха – где-то подальше в правом крыле на первом этаже. И еще, Юрий, позови ко мне пацана.