Дороги, которые нас выбирают. Хроники смежных миров

Тали деловито выхватила у меня злополучный листок, быстро пробежалась по нему глазами и…

– Что за чёрт?!

Я улыбнулась уже во весь рот и легко освободила из захвата вторую руку.

– Всё ещё считаешь казармы для штрафников худшим, что может нас ожидать?

– Что за идиот это придумал?! Ойди никогда бы не составил подобный приказ! У него ещё есть голова на плечах!

Давно я не видела Тали настолько злой и растерянной одновременно. Несмотря на то, что чтение и передача эмоций были её спецификой, сама она старалась всегда придерживаться нейтральных волн.

– Соли сказала, что в Обители сегодня гости, – задумчиво протянула я, – и очень не хотела, чтобы я шла к Мастеру. Ставлю на кон свои ассы, что Ойди сейчас принимает кого-то из Министерства. А может и выше – из самого Магистрата… Заставить Мастера подписать такую чушь мог только некто с чрезвычайно высоким положением. Ты так не думаешь?

В нехорошей тишине коридора мне почудился шелест расправляемых крыльев, но второе зрение ничего не уловило, и я выбросила это из головы.

– Чтож… – Тали стиснула зубы, а её радужки сверкнули лазурью. – Тогда давай пойдём и познакомимся.

Я ухмыльнулась, глядя на то, как нимфа поправляет непослушную гриву золотистых волос и одергивает деловой костюм-тройку. Сшит он был скорее на мужское плечо, но удивительно ей шёл, добавляя и без того хрупкому образу очаровательную нотку фривольности.

Следуя по коридору за торопливым цокотом каблучков моей разъярённой спутницы, я искренне сочувствовала тому, кто сегодня имел несчастье посетить Мастера. На лесную нимфу, служащую в Обители не по контракту, как все мы, а на волонтёрских началах, большая часть иерархических условностей не распространялась – если бы она захотела, то своим происхождением и опытом легко заткнула за пояс всё Министерство, если ни весь Магистрат. А потому в гневе она была действительно страшна.

– Тали.

Переступив порог кабинета, мы только и могли, что ошалело озираться по сторонам, стараясь сохранить на лицах хоть какую-то видимость делового настроя. То, что ожидало нас за дверями личного кабинета Ойди, очевидно, было призвано внушать подчинённым священный трепет перед вышестоящими чинами.

За письменным столом, являвшим собой воплощение основательности и практичности, привычно сидел Мастер.