Тайный гость

– Ты же мне рассказывала, что в садик ходишь. А ведь там дети днём спят, – предпринял попытку переубедить девочку Константин. – И сегодня ты в гамаке спала и не капризничала.

– Днём я могу спать где угодно, – не дрогнула Марта и явно приготовилась плакать, – а вот ночью – только дома.

– А я где буду спать? Я же не могу тебя одну оставить, – сдался Константин и от души пожелал скорейшего выздоровления маме Марты.

Малышка тут же ожила и радостно засуетилась, вцепившись в ладонь Константина и пытаясь тут же потащить его в сторону их дома:

– А в маминой комнате! Она очень хорошая, и тебе непременно понравится.

«Мама или комната?» – хотел пошутить Константин. Но тут же прикусил язык. Подобные двусмысленные шутки, разумеется, не для детских ушей. Поэтому он просто придержал торопящуюся малышку и сказал:

– Подожди, Марта, мне нужно постельное бельё взять. И зубную щётку.

– Да я тебе дам! Я знаю, где у мамы бельё! – Марта была непреклонна.

– Нет уж, – пробурчал Константин и пошёл в сторону своего дома, – без ссоры делаем так: идём ко мне за моими вещами, а потом к вам – спать.

– Ну ладно, – согласилась девочка, припустив за ним.

Устроив Константина на новом месте, они снова долго читали. Потом Марта сладко зевнула, чмокнула Константина в щёку – он тут же испытал приступ острого счастья – и, отвернувшись к стене, засопела. А вот у него заснуть на чужой, непривычной постели получилось не сразу. Но всё же получилось. И уснул он в итоге так крепко, что разбудили его только чьи-то перепуганные голоса.

Проснувшись, Константин явственно ощутил запах гари и понял, что где-то поблизости случился пожар. Он тут же вскочил, чтобы посмотреть, где и что горит и не нужна ли помощь, и обомлел: на фоне тёмного неба весело и жизнеутверждающе полыхал его собственный свежеприобретённый дом. Он в ужасе уставился на гигантский факел, потом экспрессивно выругался и рванул вниз, спасать то, что ещё можно было спасти. Но ни он сам, ни прибывшие позже пожарные, вызванные бдительным сторожем, ничего сделать не смогли.

Уже с треском провалилась внутрь крыша, тяжело осела вниз мансарда и догорал первый этаж, когда Константин, сам не зная для чего, осторожно обошёл вокруг дома. В свете ещё довольно больших языков пламени он и разглядел то, что, по его мнению, обычный, вроде него, человек мог увидеть только в кино. Но никак не у своего собственного дома. Он даже пару раз с силой зажмурился и снова открыл глаза.