Затворница

От такой жизни она быстро очухается и, как припрёт, скоренько свою гордость засунет куда подальше и побежит к богатенькому папе за вспоможением. Так что забей. Жаль, конечно, что не сразу баблосики к нам поплывут, но всё же поплывут, можешь мне поверить. Главное – вести себя правильно.

– Ну-ну… – недоверчиво протянул Тимофей.

– Или ты уже раздумал жениться?

– Уже и не знаю… – Тиф с сомнением посмотрел на приятеля.

Лёвчику было приятно видеть подопечного таким: расстроенным, сомневающимся и нуждающимся в поддержке.

И он великодушно протянул:

– Да ладно, женись, раз решил. Она и правда няшка, твоя Маринка. Даже мне нравится. Да ещё и абсолютно в твоём вкусе, насколько я этот самый твой вкус знаю. Развестись никогда не поздно. В конце концов, умные люди самую дерьмовую ситуацию могут превратить в пиар. А мы умные люди…

Даже просто идти по длинному коридору Марине было весело. Стены, ставшие за год родными, знакомые лица, улыбки коллег – всё радовало её. Навстречу пробегала одна из молоденьких медсестричек, пришедших к ним совсем недавно сразу после училища.

– Мариночка Романовна, мои поздравления! Когда свадьба?

– Уже в эту субботу. – Улыбка Марины стала ещё ярче.

Медсестричка восторженно ахнула и тут же поинтересовалась:

– А куда в свадебное путешествие едете?

– Пока не решили. Планируем не сейчас, а в январе слетать. Как раз и у меня отпуск, и у Тимофея перерыв планируется.

– Ой, да! Он же у вас певец, знаменитость! А я в «Семи днях» читала, что в январе у артистов как раз мёртвый сезон, все в отпуска разъезжаются.

Ах, Мариночка Романовна! Я и подумать не могла, что можно вот так запросто с женой знаменитости общаться! А вы совсем и не зазнаётесь!

– Я тебя умоляю, – рассмеялась Марина, – ну какая знаменитость…

– Знаменитость-знаменитость! – зачастила медсестричка. – У меня все подружки в обморок попадали, когда узнали, с кем я работаю. И сестра моя младшая умоляет, чтобы я попросила вас ей автограф Тифа достать. Можно, Марина Романовна?

– Хорошо, я попрошу Тимофея подписать что-нибудь.

Сестрёнку твою Василисой, по-моему, зовут?

– Да, Василисой!

– Поняла, сделаем, порадуем ребёнка.

– Вот спасибо, Мариночка Романовна! – обрадовалась медсестричка и даже два раза подпрыгнула на месте от избытка чувств. Марине стало смешно.

– Ладно, прости, я побежала, у меня приём через пять минут начинается…

– Конечно! Мне тоже пора!

Они улыбнулись друг другу и разбежались в разные стороны.