Вдоль белой полосы

И хотя в тот момент весело Агате, да и бабушкам не было, но уже на следующий день, рассказывая об их злоключениях приехавшим родителям, участницы события смеялись. Они вообще при всех сложностях умудрялись жить очень радостно и дружно. Неунывающие бабушки, детство которых пришлось на войну, умели видеть хорошее в мелочах, не поддаваться тоске и любить жизнь, и внучек своих учили этому.

Несмотря на то что с появлением питомцев работы стало больше, кроликов Агата очень полюбила. И вскоре в семье именно её уже считали главной по этим зверькам.

Она прочла множество книг и статей в журналах и знала о своих подопечных буквально всё. Даже гуляя с подругой Любой, она то и дело поглядывала по сторонам, выискивая любимые кроликами кустики молочая, и, если находила, тут же срывала, чтобы потом совать бледные, с лёгким серебристым отливом листья сквозь решётку клеток, чувствовать, как резко дёргают на себя лакомство и взрослые самцы, и самки, и крохотные крольчата, и видеть, как смешно подрагивают их носики. Но именно кролики чуть не стали причиной величайшего позора своей хозяйки.

Однажды рано утром Агату разбудила взволнованная бабушка. Она вбежала в комнату внучек и позвала:

– Агатушка, вставай, у нас проблемы!

– Что такое, бабуля? – тут же проснулась Агата.

– Кролики сбежали!

– Все?!

– Нет, из нижней клетки… Где крольчата твои любимые…

Агата уже вскочила и судорожно натягивала на себя сарафан.

– А их точно не крысы утащили?

Крольчата были ещё совсем маленькими, и крупная крыса вполне могла справиться с ними.

Агата читала о таком и опасалась этого.

– Не знаю, но одного я видела на соседском участке…

– Только бы не крысы! – При мысли о противных грызунах и хорошеньких, нежно-серых, породы шиншилла, крольчатах, Агате стало страшно. Она быстро слетела по крутой лестнице вниз и выскочила на улицу. Бабушка старалась не отставать, но когда она выбежала на крыльцо, её внучка уже успела домчаться до крольчатника, увидеть распахнутые настежь дверцы клетки и пустое нутро.

– Бабуля, где вы одного видели?

– Да вот там! – Бабушка махнула рукой вправо.

Забор между участками поставить ещё не успели. С других сторон он был, и туда кроликам путь был заказан, а здесь границу обозначал лишь невысокий, сантиметров двадцать, бортик длинной клумбы, любовно обустроенной мамой Никиты Кларой Петровной. С соседями семья Агаты жила дружно, и необходимости отгораживаться друг от друга не было.