Вдоль белой полосы

Услышав свою фамилию, Агата быстро пересекла коридор и потянула на себя дверь. И опешила.

Не было никакого стола и комиссии. Зато за партами сидели ребята на вид ненамного старше её и несколько учителей. Агате предложили стул, повёрнутый к остальным присутствующим. Она послушно опустилась на него, радуясь, что не пришлось стоять на трясущихся ногах, и не зная, чего ожидать. Среди незнакомых людей она заметила Лилию Эдуардовну, полную учительницу с добрым лицом, которую встретила в тот день, когда только пришла узнавать, как можно поступить в эту школу, и которая пообещала расстроенной известием о закончившихся экзаменах Агате, что ей разрешат написать сочинение.

Лидия Эдуардовна тоже узнала её, улыбнулась ободряюще, и сразу стало не так страшно. Один из учителей тем временем рассказывал собравшимся:

– Народ, это Агата Князева. Очень хочет учиться у нас, успеваемость у неё хорошая, сочинение, по мнению наших словесников, она написала прекрасно. Взгляды на жизнь, судя по этому сочинению, у неё вполне нам подходящие, интересные и нестандартные.

Закончила детскую школу искусств, хореографическое отделение, занималась росписью по дереву… Если у кого есть вопросы – задавайте.

Агата растерялась. Такого она не ожидала. Мелькнула надежда, что, может, никаких вопросов ни у кого не будет: вечер же, устали все. Да и вообще, наверняка это просто для проформы… Но старшие ребята так, видимо, не думали. Вопросы посыпались со всех сторон.

С кем дружишь? Нравилось ли заниматься танцами? Почему выбрала их школу? По какой теме писала сочинение и почему именно по ней?

Агата почувствовала себя, словно на сцене.

И тут же успокоилась: выступать перед залом она привыкла, всё же с семи лет участвовала во всех концертах, которые проводила её школа искусств. А их было немало, и даже на таких больших площадках, как концертный зал гостиницы «Россия». Поэтому, уловив заинтересованность собравшихся, она почувствовала, как спина привычно выпрямилась, подбородок вздёрнулся, дыхание стало ровным, а на губах появилась лёгкая полуулыбка.

Все, кто хорошо знал Агату, удивлялся тем изменениям, которые с ней всегда происходили во время танцев. Стеснительная и даже робкая, она сразу же преображалась. Природные данные у неё для серьёзных занятий танцами были, как говорили их учителя, слабоватыми. Агату даже не сразу приняли в школу, хотя до поступления родители нанимали опытного педагога, чтобы он подготовил её.