Аврелион

Но у некоторых мегалонов этот порог если не отсутствовал полностью, то, по крайней мере, был практически неуправляем ими. Дирк был из таких.

Глядя на него Марк с трудом сдерживался, чтобы не стащить Дирка с трибуны. Многие из находящихся рядом с Марком видимо думали так же. «Да заткните же ему пасть!» орал стоящий впереди мегалон. «Не желаем больше «смирительных рубашек!» потрясали кулаками многие вокруг. Этот страх был не напрасен. От жуткой волны невозможно было спрятаться. Даже в другом районе, пусть мегалон прятался хоть у интеллактов, волна неотвратимо накрывала его, и через несколько мгновений он оказывался в месте своего проживания с невероятной головной болью и ощущением разбитого до состояния желе телом.

Толпа вдруг пришла в движение. Кто-то, энергично проталкивался через нее. Марк узнал в этом человеке жреца. Не встречая особенного препятствия на своем пути, жрец быстро оказался возле Дирка.

– Сойди с трибуны, мегалон Дирк! – Жрец вытянул вверх руку. – Возмездие за преступные речи неотвратимо! Ты один говоришь, а пострадают все.

Умолкни немедленно, иначе следующее Моление ты не переживешь.

– Да плевал я на все угрозы! Тебе, перестарок, с твоими богами Лакки только и надо, чтобы мы отправлялись в Медцентр. Зачем тебе столько жить? Тебе самому давно надо в Медцентр! Молодой жрец на твоем месте не был бы таким тупоумным. Он давно бы стал на нашу сторону. Он упросил бы богов Лакки дать нам другую судьбу!

Жрец с покрасневшим от гнева лицом выкрикнул проклятие:

– Не быть тебе дольше мегалоном! И имя твое отдадут другому еще при жизни твоей! Исчезнуть тебе, преступник, в Медцентре в вечности и никогда не войти в Храм Творения, чтобы возродиться в следующей твоей ипостаси! Проклятие тебе, безымянный мегалон!

Потрясенная толпа умолкла.

Слышно было только тяжелое дыхание жреца и зубовный скрежет Дирка. С искаженным от ярости лицом он обвел взглядом собравшихся мегалонов, захохотал и воскликнул:

– Вот вам награда за вашу покорность! Терпите и наслаждайтесь тем, что у вас есть имя для того, чтобы можно было кому приказать! Я не хочу быть больше рабом! И потому уйду добровольно из этой жизни…

Дирк выхватил из-под холщовой накидки длинный, гладко оструганный заостренный кол.

Бросившись на колени, Дирк приставил его острием под подбородок и сделал движение вниз…

Стоящий у экрана милинер спокойно наблюдал за кипевшими страстями на площади района DX3.