Мой альфа

Кое-как доев горячее блюдо, Максимов сослался на плохое самочувствие, что, кстати, было правдой, и наконец-то отправился домой.

Игорь как всегда встретил его невозмутимым взглядом, поинтересовался, не хочет ли он чего-нибудь.

Роман хотел. Вот только управляющий вряд ли сможет ночью доставить с окраины девчонку, пахнущую парным молоком.

И самое ужасное: её феромон чувствовался в его доме. Наверное, крыша уже ехала. Казалось, он мог разглядеть её силуэт в шлейфе едва заметного запаха. Роман тихо застонал, массируя сдавившие болью виски.

Игорь поставил перед ним чашку крепкого кофе, но Роман только поморщился. Взглянув на серое лицо беты, он напомнил:

– Надеюсь, врача не забыл посетить?

Максимов знал, что управляющий уже очень стар, в прошлом году даже попал в больницу. За его здоровье он беспокоился. Игорь Станиславович уже третье поколение, которое служит его семье.

– Не беспокойтесь, Роман Евгеньевич.

Игорь никогда не позволял себе называть его Ромой.

– Я же без тебя не смогу, – не соврал альфа.

– Об этом тоже не беспокойтесь. Я нанял временного помощника, но уверен, что найду достойную себе замену.

С этими словами бета чуть склонился и отправился в свою комнату.

Роман потёр усталые глаза и почесал бороду. Так и не сбрил её и выглядел явно как бандит. Тяжело вздохнув, Максимов поднялся и вновь окунулся в младенческий запах молока.

Да что в этой девчонке такого?

Неужели его преследует ее аромат потому, что не сделал с ней то, что хотел?

Роман тряхнул головой.

Мысли об этом буквально раздражали. После того случая в его жизни начался хаос. Родители как с цепи сорвались, наперебой предлагая невест, а у него в голове готовый образ невинной проходимки.

«Я… замуж хочу…»

Роман поморщился, вспоминая этот дрожащий голос. Конечно, после того, чтобы он с ней сделал, она вряд ли вышла бы замуж.

И снова мыслями он возвращался к… Оксане.

Она приобрела имя, а не какое-то безликое прозвище «омежка». Максимов до мельчайших подробностей помнил все черты её лица, даже форму губ, когда они складывались в идеальную «о».

От воспоминаний об этом хотелось нестись в то захолустье, где она живёт, и…

Может, девчонка этого и добивается?

Роман чуть не взвыл. Собственные мысли и желания пугали. Наверное, «пора жениться», как говорит мать, тогда голова будет занята совсем другим.

Так что Роману пришлось открыть окно в своей комнате настежь, чтобы избавиться от прилипчивого феромона и не наделать глупостей.