Мой альфа

Неожиданно громкий удар в дверное полотно заставил её отскочить и спрятаться за кровать.

– А, черт… – зашипел альфа, тяжело дыша, – черт, черт… выходи уже, не трону.

Оксану вновь сковал страх. Дверь не такая уж и крепкая, пару подобных ударов – и замок не понадобится.

– Ты там испугалась, что ли?

Она слышала, как по дереву скребут то ли ногтями, то ли ножом, и как будто мужчина делал это по её коже. Оксана молчала, не зная, что ему ответить, как вдруг услышала пиликанье телефона. Сердце будто взбеленилось, а руки задрожали.

– Это номер, куда ты звонила, – сказал альфа.

– Мама… – шепнула Оксана, нерешительно подойдя к двери.

– Выходи, омежка, ответишь.

Оксана, не думая, повернула защелку и отворила двери, натыкаясь взглядом на мощную фигуру альфы. Всё бы ничего, но его глаза сверкали желтым светом без какого-либо проблеска холодно-голубого. Он широко улыбнулся, а ноги девушки подкосились от яркого феромона, который душил, лишая рассудка.

– Попалась.

Глава 2

Оксана едва могла подняться, ползком пятясь назад, когда мужчина наступал всё ближе.

– Не надо… – выдохнула она.

От решительного, пылающего желанием и феромонами альфы ей было не уйти и оставалось только подчиниться.

Девушка из последних сил рванула назад, обзаведясь новыми ссадинами на коленях. Чертова юбка опять задралась, а на лице альфы появилось выражение, от которого кровь стыла в жилах.

– Окса-а-ана-а-а, не сопротивляйся, омежка, – хриплым голосом пробормотал он, – в процессе тебе понравится и будешь просить ещё.

Его слова были недалеки от истины. Омега всегда находится под альфой и всегда будет подчиняться ему и желать то, чего хочет он. Это, в сущности, лишало омег каких-либо прав. И Оксана понимала, что бороться бесполезно, ноги дрожали и дать отпор не получилось, когда мужчина раздвинул их. Она судорожно всхлипнула, услышав треск разрывающейся ткани капроновых колготок.

– П-пожалуста, – заикалась девушка, пыталась проглотить слюну сухим горлом.

Альфа шумно дышал, обнюхивал её, шарил руками по голой коже, разрывая тонкий топ по шву.

– Сочная, – шепнул он таким страшным и в то же время глухим голосом, что Оксана невольно охнула.

И взвизгнула, когда его горячие ладони легли на бедра.

– Везде такая мягкая… – альфа лизнул широким мазком её шею, а пальцами настойчиво стал тереть между ногами, и Оксана ощутила выделяющуюся влагу. – Уже течёшь, – усмехнулся он, – чтобы принять меня, тебе нужно ещё больше смазки, омежка.