Короли садов Мамоны

– Надежда Сидоровна, я прошу вас все-таки спуститься туда ещё раз, не то я это сделаю при других свидетелях. Если дверь найдется, то вам будет действительно стыдно за этот оговор. Об этом поневоле узнают все, и тогда не мне, а вам будет нехорошо.

Главмедсестра некоторое время, перебирала лежавшие на столе бумаги. Затем, не глядя на Андрея, встала и крикнула в открытую напротив её кабинета дверь комнаты завхоза:

– Зин, я на минуту выйду, если кто будет звонить, пусть перезвонит позже.

Величественно переваливаясь, она проплыла мимо успевшего посторониться Андрея.

В подвале она молча проследовала к месту, где лежал злополучный шкаф. Вытянув руку по направлению к нему, Надежда Сидоровна, выплеснув на Андрея парой коротких слов кубометры арктического холода, произнесла:

– Вот он.

Андрей также молча начал снимать верхние части объёмного шифоньера. Перетащив почти всё, он, наконец, наткнулся на искомую дверцу. Он приподнял её и поставил рядом с двумя другими. Затем обернулся к насупившейся главмедсестры и сказал, как можно более спокойно:

– Вот они, все три двери.

Больше вам не нужно?

– Откуда я знаю, сколько здесь дверей! Когда его соберут, тогда будет видно, всё ли на месте!

Приведя свой убийственный аргумент, Надежда Сидоровна, более не удостаивая Андрея своим вниманием, пошла к выходу. Андрей усмехнулся и окликнул её.

– Надежда Сидоровна, мне кажется, что вы что-то забыли.

Успевшая прошествовать к двери главмедсестра, развернулась и надменно спросила:

– И что же я забыла?

– Вы забыли извиниться, что, мне кажется, совсем не помешало бы сделать.

Ответа Андрей не дождался. Только распахнутая настежь дверь красноречиво говорила о поспешном бегстве его обвинительницы.

Андрей не спеша прошёл в свою мастерскую. Весь оставшийся рабочий день он обдумывал сложившуюся ситуацию. В этот раз Андрей ещё не смог увязать причину происшедшего со следствием, но присутствие некой тайной силы, буквально дышащей ему в затылок, он ощущал почти физически.

Потом, несколько позже, Андрей начал словно бы прозревать.

Эта неведомая ему тайная сила постепенно начала приобретать реальные черты и оформляться в уверенность, что все его неприятности почему-то так или иначе связаны между собой одним человеком. Где бы ни случилось с ним какая-нибудь казусная ситуация, непременно третьим лицом в ней всегда присутствовала вездесущая Зина Ивановна. Неприятности случались разные.