Слабая, сильная, твоя…

Подошла к зеркалу, не видя своего лица, попыталась накрасить губы, потом расчесалась, закурила. Вернулась в ванную, взяла нож, посмотрела на воду, но ничего не увидела и резанула левую руку. Кровь полилась сразу так сильно, что я немного растерялась. Через несколько секунд я услышала звонок в дверь, провела ножом по правому запястью и пошла открывать дверь. О том, что меня могут спасти, я не подумала.

На пороге стоял Мир. Это показалось мне чудесным сном. Только вот что-то мешает смотреть, вроде тумана.

Я потерла руками усталые глаза.

– Что это? – в ужасе прошептал Мир. – Кровь? Это нож у тебя в руках? Ты порезалась? Покажи руки!

– Ага, – сказала я и стала оседать вниз, все ниже и ниже.

Возвращение с того света было омерзительным. Еще не открывая глаз, поняла: я лечу на вертолете, слышу, как шумят лопасти, вертолет по широкой спирали несется в пропасть, меня мутит от этого движения, но скоро вертолет встретится с землей и я разобьюсь.

Послышался голос Мира:

– Ленка, ты не спишь?

Я открыла глаза.

В комнате царил полумрак. Мир сидел возле кровати, его лицо было закрытым, пасмурным. Голос звучал странно, будто он выдавливал из себя каждое слово, скрывая свои настоящие мысли. Тем не менее он постарался ободряюще улыбнуться.

– Мне показалось, что ты приходишь в себя.

– Как же мне плохо! Слабость, и тошнит, и руки болят. – Тут я сообразила, что кисти накрепко перетянуты пропитавшимися кровью бинтами и привязаны к спинке кровати выше головы.

 – Это ты придумал? Очень умно!

– Это придумал доктор из «Скорой». Сказал, чтобы я держал тебя так сутки, а потом…

– Ладно, ладно, все неважно. Зачем ты пришел?

– Спасти тебя от смерти.

Я все вспомнила – ликер, нож, ванну… Какая ирония, я не хочу жить без Мира, а он приходит и спасает меня от смерти.

– Зря. Уходи.

Он, похоже, взял себя в руки, потому что улыбка стала шире и тон был почти как в старые добрые времена:

– Я побуду тут.

Тебе нужна помощь, а посторонних пускать нельзя – ты очень страшненькая сейчас. Синяя вся, помада размазана, лицо в пятнах крови пополам с каким-то липким пойлом. Просто ужас!

И, как это бывало всегда в его присутствии, я согрелась. Вот загадка: Мир будто снеговик с носом птеродактиля, а я оттаиваю рядом с ним.

Он на минуту вышел, вернулся с большой кружкой и вафельным полотенцем. Намочил его край в кружке и стал протирать мне лицо. Мы молчали.