Темная полоса

Юрий Семенович покивал мне головой, но ответил не так, как мне бы хотелось:

– Очень жаль, но оснований у меня недостаточно.

– А вот у Боряны еще любовник был, – вспомнила Соня. – Боряна подозревала, что у него есть жена. Вот если бы вы выяснили…

– Да что бы я выяснил? – Юрий Семенович даже и не думал на нас злиться, он только не хотел нас слушать.

– Парня того звали Андреем, – вспомнил Дольче. – А мы сможем в телефоне Борянки поискать его номер.

– Вот и поищите, – ласково согласился следователь.

У меня была версия.

– Борянка выпила чуть больше двух рюмок, так что бутылка была еще почти полной. Ее мог прихватить кто-то из персонала ресторана. А тот, кто допил за Борянкой из ее бутылки, не иначе тоже в морге. Вот надо и узнать кто. Может, злополучная бутылка осталась у него в доме? А потом можно сделать экспертизу и доказать, что экстази убийца добавил в бутылку, а Боряна самостоятельно наркотиков не принимала.

– Да ведь две недели прошло! – воскликнул Юрий Семенович.

– Но почему же вы этого не сделали раньше? – возмутился Дольче. На его лице появилось выражение детского упрямства.

– Да ведь и свидетелей передачи вам той водки нет!

– А мы сами – не свидетели?

– Дорогие друзья, – сказал нам тогда следователь. – Все, что вы говорите, – правильно. Если говорить абстрактно. Вот только не здесь и не сейчас. На мне и моих ребятах двадцать нераскрытых дел.

Дольче уже открыл рот, чтобы возмутиться, но Соня взяла его за руку.

– Пойдемте, – сказала она нам. – Все это не имеет никакого смысла.

Глава 3

А на следующий день Дольче нанес визит хозяину «Центрального». Мы были хорошо знакомы с ним, зная, что человек он порядочный и добродушный, хоть и по-крестьянски хитроватый. О результатах беседы Дольче рассказал нам поздно вечером, когда мы втроем собрались в его квартире.

Вадим Сидорович очень расстроился, узнав о несчастье. Он заботливо оберегал репутацию своего заведения от дурных слухов, а отравленная посетительница – это вам не просроченный майонез!

И не подумайте, что он не пожалел о смерти Борянки. Пожалел, только о деле Вадим Сидорович привык думать в первую очередь.

Он позвал в свой кабинет официанта по имени Артур. Именно он обслуживал наш столик два дня назад.